Русский стиль художницы Елизаветы Бём

К 180-летию художницы Елизаветы Бём

in Филокартия 5203 views

Исполняется 180 лет со дня рождения первой женщины в России, которая стала профес­сионально заниматься искусством: рисование, иллюстрация, открытки. Елизавета Бём 12 (24) февраля 1843 — 25 июля (7) августа 1914 года. Для данного материала важным является то, что многие рисунки Елизаветы Меркурьевны размещены на почтовых открытках.

В молодости Лиза была необычайной красавицей, и её рисунки, ставшие основой для целого направления коллекционирования открыток, походили на иллюстрации какой-то безупречной идиллии, полной неги и романтики жизни. Русские барышни в кокошниках у окон, прелестные детишки за книгами, сцены крестьянского быта — будто окошко в сказку.

Русский стиль художницы Елизаветы Бём
«Живи не тужи. Придёт солнце и в твоё оконце!»

к 180-летию Елизаветы Бём

Елизавета Индигир родилась в Санкт-Петербурге  в старинной дворянской семье, детство провела в родовом имении  в селе Щепцы Пошехонского уезда Ярославской губернии.

Елизавета Меркурьевна Бём. 1890. https://rg.ru/2019/04/03/rodina-elizaveta-byom-illiustrirovala-klassikov-no-slavu-obrela-blagodaria-otkrytkam.html
Елизавета Меркурьевна Бём. 1890. https://rg.ru/2019/04/03/rodina-elizaveta-byom-illiustrirovala-klassikov-no-slavu-obrela-blagodaria-otkrytkam.html

Предки её были выходцами из Золотой орды, чья фамилия Индигир во времена Ивана III русифицировалась. Грамотой, дарованной роду Иваном III, фамилия была изменена на Эндауровы. Дед, Николай Иванович Эндоуров, поручик, был женат на Любови Васильевне, урождённой Межаковой, вологодской помещице. Отец Елизаветы, Меркурий Николаевич, родился в Вологде. Потом он учился в школе гвардейских подпрапорщиков и юнкеров.  В 1833-1840 служил в Лейб-гвардии московском полку,  а с 1840 по 1850 год служил в Петербурге в Комиссариатском департаменте Военного министерства.

На лето семья, все шестеро детей, обычно выезжала в родовое поместье Братково под Вологду. Деревня Щипцово существует по сей день. Усадьба располагалась на берегах чистой, вьющейся средь полей и перелесков, речки Тулши. Барский дом стоял на высоком левом берегу. Здесь, в сельской тиши девочка Лиза с увлечением рисовала, ведь вокруг было столько красивого и необычного, что само «просилось» на бумагу.

«Любовь к рисованию у меня была с самых малых лет, — вспоминала впоследствии Елизавета, — иначе себя не помню, как рисующей на всех кусочках бумаги, которые попадались мне в руки. В письмах к своим подругам петербургским я постоянно вкладывала свои рисуночки куколок и животных. И вот это-то и обратило внимание людей несколько понимающих, что мне следовало серьёзно заняться рисованием».

Родители Лизы не стали препятствовать её желанию учиться в Рисовальной школе Общества поощрения художников, в которую девочка и поступила, когда ей исполнилось 14 лет.

Лиза Эндаурова во время обучения в рисовальной школе стала известна как прекрасная девушка в костюме Дианы на костюмированном балу в Академии художеств. В Петербурге её ещё долго ассоциировали с образом Прекрасной Дианы. Этот образ в 1862 году запечатлел на память современникам и потомкам в акварельном портрете А. Шарлемань.

К обучению искусству в школе относились серьезно, здесь преподавали лучшие педагоги-живописцы того времени, руку ей ставил сам Крамской.

«Я начала посещать школу Общества поощрения художеств, находившуюся тогда на Васильевском острове, в здании Биржи. Лучшими, счастливыми годами были те, что я занималась в школе. Приватных занятий я не имела, так что затраты на моё художественное образование были самые ничтожные. Руководителями нашими в школе были такие мастера, как Крамской, Чистяков, Бейдеман, Примацци (по акварели)», — писала Е.М. Бём.

С художником Иваном Крамским Елизавета Меркурьевна поддерживала дружеские отношения и после окончания рисовальной школы, считая его своим «наилюбимейшим руководителем».

«Самые отрадные воспоминания останутся у меня навсегда о Крамском и глубокая благодарность за ту пользу, которую он мне принес. Если я хоть малость понимаю в рисунке, то обязана этим исключительно Крамскому».

В 1864 году, закончив обучение, она возвращается в родительское имение, где увлекается рисованием с натуры животных.

Елизавета училась старательно, став прекрасной рисовальщицей, предпочитавшей работать карандашом и акварелью. В 1864 году она с медалью окончила школу и буквально окунулась в творчество.

Спустя три года Лизочка Эндаурова выходит замуж за Людвига Францевича Бёма. Он был очень привлекателен своей неординарностью, музыкант-скрипач, который потом занимался преподавательской деятельностью в петербургской консерватории. В их доме всегда звучала музыка. Брак, в который вступила Елизавета, был счастливым. Она родила четверых детей. Семья жила на Васильевском острове в Санкт-Петрбурге, впоследствии, когда дети выросли и стали жить отдельно, то всё равно по поводу и без него вся семья вместе с внуками-гимназистами собиралась в приветливом гостеприимном доме бабушки Елизаветы. И вновь сказочно звучала скрипка Страдивари, которая некогда принадлежала Бетховену, и на которой теперь играл Людвиг Францевич.

Пришёл и успех в искусстве: её работы стали с завидным постоянством получать призы и награды на различных выставках. Елизавета Бём не писала большие картины, но её рисунки пользовались неизменной популярностью. А с середины семидесятых годов стала работать и в технике литографируемого силуэта.

В России интерес к вырезному силуэту из чёрной или тонированной бумаги возник во второй половине XVIII века, когда при дворе Екатерины II работало несколько иностранных рисовальщиков-силуэтистов.

Литография развивалась очень быстро, в этой технике пробовали свои силы практически все корифеи отечественной живописи —  В. Верещагин, И. Шишкин, В. Суриков, В. Серов,  А. Венецианов, В. Боровиковский, О. Кипренский и многие другие.

Первым силуэтом Бём был случайно нарисованный на обороте программки портрет Антона Рубинштейна на концерте в Дворянском Собрании «со всей фигурой и роялью — абсолютное совершенство, поразительное по выражению».

Сам Рубинштейн признался художнице, что это лучший из всех его портретов. А учитель Елизаветы Бём Иван Крамской позже написал: «И что за совершенство были эти силуэты! В них угадывалось даже выражение на лицах маленьких чернышей…»

Современники считали, что «специальность, в которой Елизавета Бём не имеет соперников – «Силуэты, в которых прекрасный рисунок, ум и тонкая наблюдательность этой художницы выражаются удивительнейшим умением передавать правдивые, чисто русские типы детей разных сословий и составить из их черных фигурок сцены, полные жизни и грации».

С 1875 года Елизавета Меркурьевна стала издавать альбомы силуэтов, пользовавшиеся большой популярностью. Чаще всего она рисовала сценки с детьми, которые получались очень трогательными и удивительно живыми. Интересно, что маститые художники восприняли её работы с нескрываемым восторгом.

Модели для своих силуэтов она находила в деревне, куда ездила ежегодно в летний период. Приятельница и первый биограф Е.М. Бём, Софья Ивановна Лаврентьева (1836-1918) рассказывала, что художница основательно готовилась к летним поездкам в своё родовое имение, закупая множество подарков для крестьянских детей. В деревне «барыня, одарив всех, принималась за срисовывание своих маленьких друзей, во всех видах и положениях, чего они не избегали, но охотно позировали…». Дети очень любили Елизавету Меркурьевну, но не могли выговорить её имени и отчества, отчего называли её просто «Бёмихой»

Елизавета Бём. Автопортрет. Альбом "Из деревенских воспоминаний"
Елизавета Бём. Автопортрет. Альбом «Из деревенских воспоминаний»

Илья Репин дружил с Бём. Он как-то подарил художнице свою картину, написав на обороте: «Елизавете Меркурьевне Бём в знак моего глубочайшего почитания её таланта. Её «чёрненьких» я люблю больше многих-многих беленьких». Эта же фраза была размещена позже на одной из почтовых открыток.

Известный критик Стасов, называя её «самой даровитой из художниц» и отмечая, что «Бём взяла на свою долю русский детский мир, а в её силуэтах выражается душа, чувство, мысли, характеры, капризы, причуды, грация, шалости, милые затеи».

Но главное, что мнение собратьев по искусству совпало с мнением зрителей. Всего Елизавета Бём издала 14 альбомов, которые неоднократно переиздавались, в том числе и за границей. В Америке её книги силуэтов выдержали несколько изданий.

Елизавета Бём. Сказка о Репке
Елизавета Бём. Сказка о Репке

Одной из лучших книг, оформленных художницей, справедливо считается «Народная сказка о репке», в которой каждый персонаж получает ёмкую графическую характеристику, где действие развивается с кинематографической динамикой, а ажурные силуэты цветов и трав подчёркивают весомость, монолитность фигур главных героев.

В лучших своих работах Бём умела быть графиком наблюдательным, ироничным, точным в отборе деталей. Часто её рисунки вели связный и увлекательный рассказ без помощи текста, в лаконичном силуэте угадывалось настроение и даже выражение лица героя. Целый ряд авторских  иллюстративных циклов представляет несомненный интерес как попытки свести воедино повествовательное начало и декоративные принципы оформления книги.

Елизавета Бём. Пирог
Елизавета Бём. Пирог

Кстати, ей принадлежит авторство одного из первых российских комиксов. В 1880 году вышла книга Е.М. Бём с непритязательным названием «Пирог», которую и раскупали, как горячие пирожки. В ней были серия сюжетов изображающих детей, решивших испечь пирог, и в этом деятельное участие принимают собака и кошка, путающиеся под ногами. Но им-то, в конце концов, и достаётся выроненный детьми кулинарный шедевр.

В 1896 году состоялся двадцатилетний юбилей творческой деятельности Е.М. Бём. В Петербурге на юбилее поэт А.Н. Майков, с букетом в руках, страстно прочёл:

Ваш карандаш — моя обида,
Зачем не мне он Богом дан?
Я не показываю вида,
Но в сердце целый ураган!

Издательство «Посредник» отправило проникновенную телеграмму:

«Редакция «Посредника» в день вашего юбилея горячо благодарит вас за всё, что вы сделали для народных изданий, и от всей души надеется, что вы ещё долго послужите вашей прекрасной кистью этому делу для народа».

В 1875 году Елизавета Бём создаёт альбом открыток «Силуэты», а в 1877 году — альбом «Силуэты из жизни детей». Позднее был издан альбом «Пирог», а в 1882 году — «Из деревенских воспоминаний». Художница много сотрудничала с издательством «Посредник», куда пригласил её Лев Толстой, хорошо знакомый с её работами. Также сотрудничала с издателем И. Сытиным, который был частым заказчиком рисунков.

В начале 1890-х гг. Елизавета Меркурьевна работала над иллюстрациями к повести Николая Лескова «Оскорблённая Нетэта». В 1907 году в Париже изданы два альбома открыток «Всего понемножку» и «Для милого дружка хоть серёжку из ушка».

Елизавета Бём. Азбука. Глаголь
Елизавета Бём. Азбука. Глаголь

Но особенно важной и желанной работой в жизни художницы стала «Азбука», состоящая из тридцати акварелей, иллюстриру­ющих русский алфавит. Иллюстрации к Азбуке были настолько красочными, настолько красивыми, что стали одной из лучших работ этой замечательной русской художницы.

Выполненные в славянской манере, с учётом тысячелетних традиций, поверий, обычаев славянского народа, они приковывают к себе взгляд. На каждой странице шёл занимательный текст, который сопровождался красочной иллюстрацией. Буквы были исполнены в стиле тех инициалов, которые делали узорной цветной вязью миниатюристы XIV–XVI веков.

«Азбуку ведати — глаголеть добро есть!» — гла­сил текст, открывающий издание.  Художница создала 30 оригинальных композиций, со­четающих в себе древнюю буквицу, изоб­ражение и надписи, ее поясняющие, — все это соединено воедино и неразделимо. Каждая композиция ярко характеризует понятие «русский стиль».

«Азбука» была издана на «французской мелованной бумаге в роскошном коленкоровом переплёте с двумя металлическими под старое серебро застёжками и пряжками».

Вот, например, буквица глаголь. Она показывает маленького гусляра, который сидит в избе на скамеечке и приговаривает присказки. С любовью к маленькому ученику сделала рисунки Елизавета Бём. «Азбука» просто притягивает и не отпускает ни родителей, которые учат своего малыша, ни ребёнка, который внимательно рассматривает каждую картинку, слушая, что читают ему родители. Для детей, которые обучались по таким книгам, не было больше удовольствия, чем открыть учебник и увидеть красивейшие картины, которыми можно любоваться часами, разглядывать каждую деталь, каждый узор, каждый персонаж, и одновременно с этим постигать основы русского письма. Эта «Азбука» переиздаётся в виде подарочных изданий и в XXI веке с тканевыми и кожаными обложками с бронзовыми застёжками.

Добрым талантом, который нёс свет и радость взрослым и детям, обладала Елизавета Меркурьевна Бём.

Круг её интересов был широк, она создала целый ряд иллюстраций к произведениям И.С. Тургенева, Л.Н. Толстого, И.А. Крылова, В.М. Гаршина, Н.С. Лескова, а также проиллюстрировала русские народные сказки, пословицы и поговорки.

Семья Бёмов была в дружеских и добрых отношениях со Львом Николаевичем Толстым. Есть легенда, что именно Елизавета Меркурьевна на стекольном заводе, где директором был её брат, изготовила стеклянную плиту с надписью: «Вы разделили участь великих людей, идущих впереди своего века, глубокочтимый Лев Николаевич. И раньше их жгли на кострах, гноили в тюрьмах и ссылках». Сейчас эта плита хранится в музее в Ясной Поляне.

Художница иллюстрировала альбом «Типы из Записок охотника И.С. Тургенева», всем её композициям предшествовали многочисленные наброски и эскизы, выполненные с натуры.

Помимо работы над книгами, Елизавета Бём выступала и в периодической печати. Её силуэты регулярно воспроизводились в самых разных журналах и альманахах, таких как «Нива», «Новое время», «Живописное обозрение», «Всемирная иллюстрация». Художница поддерживала идеи за просвещение народа. Именно поэтому она оформляла и богатые издания, и грошовые книжки «Библиотеки свободного воспитания» И.И. Горбунова-Посадова.

Открытки Елизаветы Бём

Самую большую известность принесли Елизавете Бём открытки, которых она создала более трёх сотен. Открытки Елизавeты Бём пользовались невероятной популярностью на рубeже XIX-XX веков. Их можно было увидеть в коллекциях императорской семьи, в Третьяковской галерее и в шкатулках городских барышень.

У Елизаветы Бём была характерная авторская техника: она тонировала бумагу, делая неровные края, создавая иллюзию пергамента, использовала охристый колорит, акварель совмещала с белилами, золотом, серебром, придавая этим декоративность.

«Открытки к праздникам» — это особая линия в творчестве мастера. Открытые письма, которые рисовала Елизавета Бём, художница сумела сделать яркими и запоминающимися. Это были праздничные открытки, которые люди посылали на Рождество или Пасху.

<style=»text-align: justify;»>Открытые письма выходили большими тиражами по меркам того времени – по триста экземпляров.

Елизавета Бём первоначально сотрудничала с издательством общины св. Евгении, а позже – с петербургской фирмой Ришар и фирмой И.С. Лапина в Париже.

«Открытки на каждый день» — Они тоже нравились покупателям, потому что на них были изображены сценки из русской жизни, полные поэзии, задушевности и сердечности. Казалось бы, что стоят очаровательные детишки и несут крашеные яйца и вербу? Но мальчуган и девчушка настолько милы, что этот неброский по колориту рисунок много говорит сердцу. И главными героями её открыток были деревенские дети, которых Елизавета Меркурьевна видела каждое лето, когда приезжала в имение под Ярославлем. Тем, кто, например, поссорился, было предназначено открытое письмо, которое призывало не сердиться, не быть букой, а помириться. Здесь дети одеты в исторические костюмы, которые она собирала. У художницы была большая коллекция предметов декоративно-прикладного искусства. Поэтому в недостоверности её упрекнуть сложно. Даже такой «пустячок», как открытка, становился произведением искусства, которое основано на правде.

Так мила открыточка с надписью «Сердце ответа ждёт». Эти открытки следовали традициям национальной культуры и включали фольклорные элементы.

Подписи к ним делала сама художница, проявляя большую изобретательность. Тексты включали в себя элементы пасхальных песнопений, а также цитаты из русских поэтов и любимые художницей пословицы и поговорки.

Открытки расходились по всей России. Их можно было увидеть и на стене в крестьянской избе, и в томике стихов под подушкой курсистки, и в изящном альбоме светской львицы.

На международных выставках работы Бём неизменно получали медали и призы. Французское издательство предложило за огромные деньги Елизавете Меркурьевне заключить договор на эксклюзивное право печати её работ. Это значило, что в таком случае художница не могла бы публиковаться в России, поэтому она отказалась. Именно открытки в русском стиле принесли Елизавете Бём настоящую славу, и в России, и за рубежом. Елизавета Меркурьевна Бём неоднократно участвовала в престижных российских и международных выставках в Париже, Берлине, Мюнхене, Милане, Чикаго и не оставалась без призов, включая золотые медали.

Любопытно, что призы ей доставались не только на художественных, но и на промышленных выставках, ведь она делала рисунки для изделий из хрусталя и стекла, расписывала фарфор. Наиболее популярной авторской работой Е.М. Бём, вошедшей в прейскурант Дятьковского завода и выпускавшейся в большом количестве, стал набор для вина, отмеченный народным юмором. Художница сознательно выбрала зелёный цвет стекла, форму штофа и технику эмалевой росписи, свойственные русскому стеклу ХVIII века.

Подписи были фирменным знаком творений Бём, будь то акварели или изделия из стекла. Художница использовала незатейливые коротенькие стихи, загадки, прибаутки, пословицы, разговаривая с народом на его языке. Так и в этом наборе игривое изображение пьющих и дерущихся чертей пояснено не менее «забористыми» надписями на тему потребления крепких напитков:

«Здорово, стаканчики, Каково поживали?
Меня поджидали. Пей, пей — увидишь чертей», — гласит надпись на одной из граней штофа.

И если чёртики на первых стаканчиках призывают выпить «на здоровье», «на веселье», «на задор», то на следующих читаем: «чай, кофе не по нутру, была бы водка по утру», «где выпивал, там и ночевал», «на радости выпил, с горя — запил», «хошь — не хошь, а выпить надо!»

На Всемирной выставке в Париже в 1899 году Русский отдел произвёл в Западной Европе фурор. В одном из помещений павильона кустарных изделий и рукоделий России было представлено декоративное стекло Е.М. Бём «в русском стиле». Солонка по эскизу художницы была преподнесена президенту Франции.

В 1914 году художница тихо и незаметно ушла из жизни.

Но память о талантливой художнице продолжает жить, интерес к её работам не угасает. За её открытками и альбомами охотятся коллекционеры.

В предисловии к каталогу Общины 1915 г. издатели с теплотой вспоминали об их «ближайшей сотруднице» Елизавете Бём. Акварели Елизаветы Бём неоднократно покупались П.М. Третьяковым, как и другими российскими коллекционерами живописи. Их приобретали для своих коллекций и члены царской семьи. В Крыму, в Ливайдийском дворце есть стенд с открытками Елизаветы Бём.

Русский стиль художницы Елизаветы Бём

Сегодня на аукционах можно встретить лоты, где работы Бём оцениваются очень высоко. Дореволюционные открытки Бём можно найти в антикварных магазинах, а иногда попадаются репринтные издания в магазинах, в торговых лавках при храмах, где их предлагают к Рождеству или Пасхе.

В сувенирном отделе Русского музея увидела и привезла себе из Питера несколько чашечек  с силуэтами Е.М. Бём.

В Инстаграме размещены разнообразные предложения для любителей творчества Е.М. Бем с аукционов и объявления о выставках её произведений:

«Стекло в русском стиле с густой полихромной эмалевой росписью изготавливалось как на Императорском, так и на крупных частных заводах. Наиболее успешно это художественное направление развивалось в стекле Дятьковского Хрустального Завода благодаря творчеству художницы Елизаветы Бём, которая не только разрабатывала эскизы декора, но и сама занималась росписью стекла. В ассортименте завода распространяются изделия, окрашенные в зелёный цвет, напоминающие продукцию частных российских фабрик XVIII века. Росписи Е.М. Бём далеки от повторения эмалевого декора старинных штофов и кувшинов, но характер «народной» живописи – сочной, красочной, яркой, мастерски передаётся в украшении дятьковского стекла 1880–1900 годов.».

Наборы открыток одним лотом, старинные шкатулки, четыре настенные «Тарелки Частный фарфоровый завод братьев Корниловых»,  обложки и другие интересные предложения по рисункам Бём.

Во многих городах России периодически проводятся выставки её работ, одна из крупнейших состоялась в Москве. В Орловском краеведческом музее проходила выставка «Волшебная кисть Елизаветы Бём» из частной коллекции В.Н. Кругова.

В рамках проведения Всероссийской акции «Ночь музеев» 18 мая 2019 года в Информационно-образовательном центре «Русский музей: виртуальный филиал» Тамбовского областного краеведческого музея была открыта выставка «Басни Крылова и силуэты Елизаветы Бём». Выставки открыток в Подольске, в Ярославле, в Ливадийском дворце. Выставка »Всего понемножку, или Загадки музейного бельэтажа» в Детском музее г. Северсталь. В Москве в музее «Кутузовская изба» была выставка «Ликуют ангелы с небес! Пасхальная открытка Е.М. Бём».

В 2007 году издана монография о жизни и творчестве художницы.

Созданная по мотивам произведений Е. Бем коллекция одежды «Вдоль по Питерской» недавно получила диплом выставки-ярмарки «Российский лен».

Всё это — Русский мир Елизаветы Бём.

В наши дни это имя известно не всем, а в конце XIX и начале XX столетия художница пользовалась невероятной популярностью и поистине всенародной любовью.

И это не случайно, народ чувствует истину. Человек нуждается в цели, которая не является внутренней для него самого, а является целью, выходящей за рамки его личной жизни и даже жизни его семьи, в какой-то общей цели и тогда его внутренняя, личная жизнь становится осмысленной.

«Установилось мнение, что с замужеством женщина всегда или большей частью кончает свои занятия искусством, — рассуждала Елизавета Меркурьевна, — всё равно, музыка это или живопись или что другое, не находя для этого достаточно времени. Вспоминаю при этом слова нашего великого писателя Л.Н. Толстого, который говорил, что у кого есть призвание действительное, то для этого найдётся время, как находишь его для того, чтобы пить и есть. И это совершенная истина: чувствую это по опыту.

Талант — это дар Божий, любовь к людям сквозит в каждом затейливом рисунке Елизаветы Бем, и её  чудесные работы вносят в нашу жизнь доброту, которой сегодня нам так порой не хватает. Очаровательные детки в русских национальных костюмах, изображенные в различных бытовых сценах, мудрые и простые подписи автора  вызывают чувство единства и  сопереживания. Русский стиль, тепло человеческих отношений, душевность произведений замечательной художницы радуют душу.

Тысячи и тысячи открыток с милыми лицами маленьких персонажей продолжают свой путь по России. Неся добро и улыбку, они заглядывают в каждый дом, чтобы навсегда остаться в памяти русских сердец.

Доброму делу и Бог в помощь!

Ирина Поварова,
учитель-логопед
г. Краснознаменск МО
статья исправлена и дополнена автором специально для журнала "Коллекция" 2023 год

Изображения:
Ирина Поварова,
Олег Миронов,
Ольга Юрданова

Собирание открыток. Филокартия глазами фалериста

Коллекционирование открыток

_________________

Обсудить материал >>>