Сподвижник Гиляровского Милан Бойович

Тематическое кол­лекцио­ни­ро­ва­ние, если уж оно втя­нуло, за­став­ляет со­би­рать и изу­чать не толь­ко что-то одно, как, на­при­мер, пред­меты фа­лерис­ти­ки, знач­ки и же­то­ны, но и от­крыт­ки, допол­няю­щие тему. А ког­да в руки по­па­дает фолиант 1901 года из Авст­ро-Вен­герской Богемии, утон­чённо выпол­ненный в стиле модерн, это может по­слу­жить поводом для небольшого изыс­ка­ния. Кол­лекцио­нер­ский ин­терес к символике пан­сла­вян­ских обществ в России на рубеже XIX–XX веков[1] привёл к не­кото­рым ин­терес­ным наход­кам. Автор проде­мон­стри­рует до­ре­волю­цион­ные пред­меты из своего со­бра­ния.

История сокольского движения насчитывает уже больше 160 лет. И при этом, мало­известно в России. О сим­волике и атрибутике знают ещё меньше.

Создание его относится к 1862 году, когда в столице австро-вен­гер­ской Богемии Праге было создано спортивное общество со специально раз­работан­ной т.н. соколь­ской гим­нас­тикой, которое, однако, было в большей степени обще­ст­венно-поли­тическим, руко­вод­ствуясь идеями панславизма.

Первые гим­насти­ческие общества в Российской империи появились среди чехов на Волыни (1870), в Санкт-Петер­бурге (1879; основатели – офицеры, участники рус­ско-ту­рецкой войны 1877–1878 годов), Москве (Рус­ское Гимнас­тичес­кое Общество, 1883), Тифлисе (1898) и Киеве (1900). Общественный деятель и педагог Ярослав Сватош пригласил в Грузию тренеров по гимнастике из пражского спортивного общества «Сокол», орга­ни­зовавших в Тифлисе спортивную секцию под тем же названием. Во главе его стоял Антонин Лукеш. Гим­насти­ческое общество объединилось 9 декабря 1898 года и в сентябре 1907 года первым во всей Российской империи получило право называть своё общество «сокольским». Впоследствии русские соколы-эмигранты за границей датировали «Русский Сокол» от тифлисского. Тифлис был русским (понятие русскости, безусловно, было не этническим, а культурным). В 1907 году после указа премьер-министра Российской Империи П.А. Столыпина РГО становится Русским Гим­нас­тическим Обществом «Сокол». Столыпин с сыном вступают в Сокол. Движение поддерживали Л.Н. Толстой, А. П. Чехов, В.А. Гиляровский. Количество сокольских организаций в Российской империи начало стремительно расти. Но это движение было прервано только революцией.

Напомним уважаемым читателям о нашей обширной статье, посвя­щён­ной пан­сла­вянскому Сокольскому движению, которая была опубликована на страницах «Московского наследия» в 2023 году[2], в которой автор немало рассказал о сокольских артефактах.

Тем не менее, отметим, что сокольству было посвящено немало открыток. Правда, это, прежде всего – Богемия, а после Первой мировой войны – Чехо­словакия. В основном, они посвящены Все­сокольским слётам. Реже встречаются открытки из королевской Югославии и Третьего болгарского царства. И самыми нечастыми, да и немногочисленными по опыту автора, пожалуй, являются русские и польские открытки. Впрочем, речь идёт о встре­чаемости этих предметов на электронных аукционах и форумах в Рос­сии, где данной темой интересуется очень немного людей.

Итак, роскошно оформленное издание, попавшее в наши руки, посвящено IV Всесокольскому слёту в Праге[3]. Собственно, именно там спортивные и общественные деятели из России впервые познакомились с этим большим меж­дународным мероприятием. Ценный источник инфор­мации из первых рук рассказывает о том, какой церемониал был устроен по этому случаю, какие гимнас­тические упражнения устраивали, как был устроен стадион и т.д. и т.п. Среди прочего указывались и дары, преподносимые чешским устроителям слёта. Внимание автора привлекла фотография одного из таких даров – знамëнной ленты от Московского славянского общества с надписью «Смелым сильным братьям / Соколам / поём мы славу. Чешским Соколам / IV слёт 1901 / Славянское общество в Москве».

Что это за общество? Тут требуется разобраться.

В 1858 году Александр II утвердил Устав Славянского благо­тво­рительного комитета в Москве. Общество это было организовано кружком московских славя­нофилов, в числе первых членов был А.Н. Бахметьев, граф А.С. Уваров, Ф.И. Иноземцев, А.С. Хомяков, С.Т. Аксаков, П.М. Леонтьев, М.П. Погодин, П.И. Бартенев, К.С. Аксаков, князь Ю.А. Оболенский. Первый председатель – А.Н. Бахметев, после смерти которого в 1861 году пред­седателем стал М.П. Погодин. Затем его возглавлял И.С. Аксаков (1875–1878). При Погодине деятельность Славянского благо­твори­тельного комитета охватила все славянские народы (за исключением поляков); в 1863 году Славянский комитет при поддержке митрополита Филарета добился вос­станов­ления в русском церковном календаре дня памяти Святых Кирилла и Мефодия (11 мая), которые до сих пор отмечаются как «День славянской письменности и куль­туры» (25 мая). После резкого выступления в Московском универ­ситете пред­седателя общества И.С. Аксакова против изменений, внесённых в Сан-Сте­фанский договор в ущерб интересам России и славянских народов Балканского полу­острова, Московское Славянское общество было закрыто 21 июля 1878 года. Тогда кто передал ленту в Чехию в 1901 году?

Новая панславянская организация была открыта в Москве уже в последнее царствование. В 1894 году появилось Славянское взаимно-вспомогательное общество в Москве. В 1899 году оно было переименовано в Славянское вспомогательное общество в Москве. Подробно о нём можно прочесть в статье доктора исторических наук, главного научного сотрудника Института славяноведения РАН Андрея Леонидовича Шемякина (1960–2018)[4]. Автор убедительно показал, что на протяжении 1878–1912 годов Москва последовательно деградировала, как единый центр славян­ского общественного движения. Московский славянский комитет сменили не столь представительные организации, а вслед за историческими фигурами калибра И.С. Аксакова, Н.А. Попова, либо Ап.А. Майкова пришли куда менее заметные. Что же касается деятельности «соколов» в Первопрестольной, сошлёмся на статью кандидата исторических наук и историка сокольства Виктора Викторовича Котова «Зарождение сокольского движения в Москве (конец XIX – начало XX вв.)» (на чешском языке)[5].

Тем не менее, на Всесокольском слёте 1901 года именно это Славянское вспомогательное общество в Москве передало свой дар чехам. И для них это было настолько значимо, что они и дар, и эпизод дарения отразили в книге. «Выступил россиянин Михаил Михайлович Бойович из Москвы. В восторженных словах он рас­сказал о впечатлениях, которые произвело на него сегодняшнее торжество, и выразил своё восхищение национальной организацией, которую представляют чешские соколы. “Я приехал из далёкой Москвы, сказал он, чтобы познакомиться с вашими смелыми и отважными соколами и передать им привет от Москвы и славян­ской общины, чьи усилия известны”. Он подчеркнул единство культурных усилий всех славян, заверил соколов в восхищении и признании рус­ских, в доказательство чего вручил скромный сувенир — ленту славянских цветов на сокольское знамя со словами: “Это сокольское знамя напоминает мне знамя Димитрия Донского. Пусть оно развивается так же высоко, как развивалось до сих пор. Пусть эта лента от Славянского благотворительного общества напомнит соколам о великой, могучей России, которая стоит во главе всех славян! Я принёс вам привет от Славянского общества и увезу с собой радостную весть о том, что в Богемии зародилось славянское войско, вдохновлённое единой идеей и идущее к одной цели братства, равенства и единства!”. Лента с вышитой золотом дарственной надписью была прикреплена к знамени под громкие аплодисменты и крики “Удачи!”. Это замечательное появление наших славянских братьев в России произвело глубокое впечатление. Затем бургомистр доктор Подлипны произнёс тост. Он поблагодарил русских братьев из белой Москвы за визит и попросил их, когда они вернутся в Святую Русь, сказать своим соотечественникам, что в Богемии есть небольшой народ, который, тем не менее, чувствует себя достаточно сильным и великим, чтобы обеспечить свое существование»[6].

• Открытки с делегатами IV Всесокольского слёта в Праге, 1901. Собрание автора

Кто же этот господин Бойович? Тут сразу необходимо внести уточнение по имени. В приведённой нами чешской книге он указан как Михаил Михайлович. Однако, в русских источниках он известен как Милан Михайлович. Едва ли можно предполагать, что имелся в виду другой человек (например, брат). Тогда возникает две версии: либо – ошибка чехов, либо же – русифицированное имя, которым сам себя называл Бойович (как, например, шеф разведки ГДР Маркус Вольф в России с детства был Мишей). Итак, именно этот человек был сподвижником Владимира Гиляровского. В книге «короля репортёров» «Москва газетная» упоминания о Бойовиче встречаются в трёх главах: «Русское слово», «Россия» (об изданиях) и «Нечто о старом», всегда в очень дружеском тоне.

Дядя Гиляй писал: «Московские известия я давал в редакцию по междугородному телефону к часу ночи, и моим единственным помощником был сербский студент Милан Михайлович Бойович, одновременно редактировавший журнал «Искры», приложение к «Русскому слову», и сотрудничавший в радикальной сербской газете «Одъек». Его честность и деловитость мне были необходимы, я на него мог положиться как на самого себя. Я был знаком с его семьёй, жившей в Сербии: отец – учитель, сестра – учительница, мать и ещё малолетние братья и сёстры. Я с письмом Бойовича был у них в 1897 году, когда ездил в Белград, командированный Русским гимнастическим обществом, председателем которого я был, для участия на состязаниях, устраиваемых гимнастическим сербским обществом «Душан Сильный». Во время моих отъездов из Москвы он заменял меня».[7]

• Шатлен (брелок) на цепочку для часов участника сокольского движения. Собрание автора
• «Предельный» пример ношения брелоков-шатленов на цепочках для часов, как иногда носили модники в начале ХХ века

• Знаки членов Сербского Сокола. Первая четверть ХХ века. Собрание автора

Более подробная биография указана в статье кандидата исторических наук, учёного секретаря Института славяноведения Никиты Сергеевича Гусева, посвящённой сербам-эмигрантам в России: «Милан Михайлович Бойович (Милан Михайлович Бојовић, 1872–1917). Родился в 1872 году в Рашке в семье учителя. Затем его семья перебралась в Белград, а Милан после четырёх классов гимназии уехал в Россию, учился в киевских духовных учебных заведениях, потом поступил в Московский университет. Здесь, ещё будучи студентом, он стал помощником знаменитого журналиста В.А. Гиляровского в газете “Россия”. Когда создавалась газета “Русское слово”, Бойович начал работать в ней и оставался её сотрудником вплоть до своей смерти. Со временем он вдобавок занял пост редактора журнала “Искры”, выходившего как приложение “Русского слова”. Иллюстрированное издание, наглядно доносящее до читателя информацию, стало основным детищем Милана Михайловича. Эти органы печати входили в издательскую империю И.Д. Сытина, и когда возникла идея составить иллюстрированный справочник депутатов Государственной Думы, то этим занялся Бойович, изменяя и дополняя книгу к каждому созыву народных избранников. Параллельно он сотрудничал с изданием сербской радикальной партии “Одъек”. В 1899 году, когда Гиляровский поехал в Белград, он вёз с собой письмо от Бойовича редакторам “Одъека” С. Протичу и Н. Пашичу. Однако он прибыл в сербскую столицу после покушения на Милана Обреновича, и естественно, письмо передать не смог, да и сам чудом невредимым покинул Сербию, хотя уже распространились слухи о его казни.

Во время Балканских войн Бойович отправился в Белград, откуда освещал события. Здесь его привечал старый знакомый по “Одъеку”. Бойович сообщал редактору “Русского слова”: “С Пашичем разговариваю каждым вечером по часу на его квартире, и знаю всё, что было за день”. Не обделяли его вниманием и монаршие особы: “Во дворце был несколько раз по личному приглашению короля и наследника”, – сообщал он своему газетному руководству. Затем Бойович уехал непосредственно на линию фронта, а на его место прибыл Н.П. Брио. Во время Первой мировой войны он вновь был на родине, сопровождал сербов вплоть до эвакуации на Корфу. Умер Милан Михайлович от сыпного тифа в дни боев в Москве в 1917 году всего 46 лет от роду. В некрологе редакция “Русского слова” подчеркнула не только его журналистские таланты, но и патриотизм, именуя Бойовича “пламенным поборником всеславянского единения перед угрозой германского Drang nach Osten”, “сербом по племени и подданству, гордым, как все сербы, своим рождением, пламенеющим беззаветной до мучительства любовью к родине”»[8].

Возвращаясь к спасению Гиляровского из Сербии в 1899 году, можно привести его воспоминания из главы «Нечто о старом»: «В Петербург я возвращался из-за границы через Москву. Никогда не забыть мне первой встречи по возвращении: соскакиваю с пролётки – багажа у меня никакого, всё осталось в пользу [короля] Милана [Обреновича] в Белграде, равно как и паспорт у коменданта Белграда, – отдаю извозчику деньги. Вдруг передо мной останавливается с выпученными глазами и удивленно раскрытым ртом М.М. Бойович:

– Ты, Гиляй!

– Здравствуй, Милаша! – ответил я, обнимая и целуя его.

Насилу пришёл в себя М.М. Бойович. Радовался и плясал на лестнице. Оказывается, что он не считал уже меня в живых. Утром он получил телеграмму из Землина от своего корреспондента, что я тайно казнён Миланом, и он торопился в Сербское подворье, чтобы заказать обо мне панихиду, перед этим зашёл ко мне на дом, чтобы приготовить мою семью к известию о моей гибели»[9]. Как известно, «Король репортёров», панславист и один из основателей Русского гимнастического общества (с 1907 года – РГО «Сокол») не только счастливо спасся из опасной ситуации, но и, в отличие от своего сербского друга, дожил до 1935 года. И в этом году исполняется 170 лет со дня его рождения и 90 лет со дня смерти.

• Открытка «Смотр потешным Е.И.В. Государем Императором на Марсовом поле (Сокольская гимнастика)». Письмо Б.Р. Старицкого инженеру Г.Н. Николадзе, отправленное 10 июня 1914 года из Петербурга в Юзовку Екатеринославской губернии (ныне – Донецк). Собрание автора

Что касается пополнения коллекции редкими артефактами, отметим уникальную открытку, украсившую наше собрание. На ней изображён «Смотр потешным Е.И.В. Государем Императором на Марсовом поле (Сокольская гимнастика)». Характерна и надпись на обороте «Дозволено придворною цензурою». Но куда интереснее разобраться в надписях. Это переписка двух «соколов». Старицкий Б.Р. адресовал открытое письмо инженеру Г.Н. Николадзе, отправленное 10 июня 1914 года в Юзовку Екатеринославской губернии (ныне – Донецк). Кто этот инженер? Георгий Николаевич Николадзе (1888–1931) – математик и инженер-металлург, выдающийся учёный и спортсмен, доктор математических наук (1928), профессор Тбилисского государственного университета. Во время обучения в Первой Тифлисской гимназии Георгий впервые знакомится с «сокольской гимнастикой», которую преподавал опытный педагог Антон Иосифович Лукеш из Чехии (приглашён в Тифлис в 1902 году, являлся начальником Гимнастического общества). Будучи студентом Петербургского технологического института, Николадзе стал членом гимнастического общества «Сокол». А в 1913 году основал в Петербурге «Третий сокол» специально для студентов из Закавказья. Николадзе показывает отличные результаты в упражнениях на снарядах (кольца, турник, брусья) в шестиборье сначала на слёте в Софии (1910), а затем – в Праге (1912). Вместе с сестрой Тамар он встал на коньки и вскоре стал неплохим фигуристом. Кроме того, он стал заниматься буерным спортом, проделывая путь от Петербурга до Кронштадта. В эти же годы он пишет статьи для научно-педагогического журнала «Сокол», подводя теоретическую базу для всесокольского движения страны[10]. В 1913 году, переехав на Донбасс и устроившись на Юзовский металлургический завод, организовал местное отделение «Сокола» вместе со своими коллегой по доменному цеху Ираклием Лордкипанидзе. Письмо адресовано Георгию Николаевичу, в период, когда он работал на заводе и активно продвигал идеи сокольского движения на Донбассе. В начале письма используется традиционное для «соколов» приветствие «Наздар!» (чешск. «Здравствуй»). Б.Р. Старицкий пишет Г.Н. Николадзе о том, что наконец приехал в Петербург и готовится к посещению детища Николадзе «Третьего сокола». После революции в 1918 году стал одним из основателей организации «Шевардени» (в переводе на русский – «Сокол»), по сути продолжающий деятельность дореволюционного «Русского сокола». В 1921 году «Шевардени» было преобразовано в общество «Спартак». Кроме спортивной деятельности Николадзе известен своей деятельностью в металлургии и математике в Грузинской демократической республике и СССР вплоть до своей ранней смерти от пневмонии в 1931 году.

Конечно же, такие «именные» предметы всегда являются радостью коллекционера. Однако, по сравнению с недавно обретённым архивом Владимира Гиляровского, переданным в Музей Москвы – это, конечно, скромная находка.

Что же касается идей панславизма, они оказались достаточно романтическими, если не сказать утопичными. Дружбы народов на практике не случается, а союзы государств всегда ситуативны. И уже более 130 лет наиболее верными остаются слова императора Александра III: «У России есть только два союзника – армия и флот».

Материал был опубликован в бумажной версии в декабре 2025 года: Тренихин М.М. Сподвижник Гиляровского Милан Бойович // Филокартист, 2025. № 4 (15). С. 52—63. Благодарим главного редактора, президентв Союза филокартистов России Василия Владимировича Волкова!

Михаил Тренихин
Заместитель главного редактора Sammlung/Коллекция,
кандидат искусствоведения

Примечания

[1] Тренихин М.М. «Москва объединила Русь. Русь объединит славянство». Некоторые аспекты художественной агитации в Первую мировую войну // Московское наследие, 2024. №3. С. 70–81.

[2] Тренихин М.М. Сокольское движение. Забытая эстетика // Московское наследие, 2023. №2. С. 66–85.

[3] Pamětní list IV. sletu všesokolského pořádaného v Praze v dnech 28.–30. června a 1. července 1901 Svazem českoslovanského Sokolstva Redakci vedl br. Josef Scheiner za vydatné pomoci bří. J. Vaníčka, J. Klenky, R. Bílka, L. Čížka a dalších.

[4] Шемякин А.Л. По стопам С.А. Никитина («славянская Москва» и Сербия в 1878–1917 гг.) // Славяне и Россия. К 110-летию со дня рождения С.А. Никитина. М., 2013. С. 586–610.

[5] Viktor Kotov. Počátky sokolského hnutí v Moskvě (konec 19. a počátek 20. století) // Slovanský přehled. 2016. № 2. S. 179–204. См. также монографию о зарождении движения: Котов В.В. Сокольский взлёт: спорт и политика в чешских землях (1861–1871) /. отв. ред. Е. П. Серапионова. – М. : Институт славяноведения РАН; СПб. : Нестор-История, 2024 – 388 с.

[6] Pamětní list IV. sletu všesokolského pořádaného v Praze v dnech 28.-30. června a 1. července 1901. S. 121–122.

[7] Гиляровский В.А. Избранное: В 3 т. Т.2: Москва газетная; Рассказы и очерки. – Москва : Московский рабочий, 1960. С. 253.

[8] Гусев Н.С. Сербы-эмигранты в России, защищавшие интересы родины в годы Балканских и Первой мировой войн. Четыре портрета: М.М. Бойович, И.П. Табурно, Д.И. Семиз, Ч.М. Иоксимович // Столетие двух эмиграций. 1919–2019. М.; Београд, 2019. С. 28–30.

[9] Гиляровский В.А. Избранное: В 3 т. Т.2: Москва газетная; Рассказы и очерки. – Москва : Московский рабочий, 1960. С. 271.

[10] Николадзе Г.Н. Идея русского сокола // Сокол. 1911, № 8–9. C. 201–203.

Сокольское движение

Личная коллекция. Фалеристика

Жетон гимназиста

__________________

Обсуждение статьи >>>