Неразгаданные фотографии революции

in Атрибуция/История/Фотографии 2844 views

В 2022 году грядёт 100-летие окон­чания Граж­данской вой­­ны. Мно­жество лю­дей после Октябрь­ской ре­во­лю­ции ве­рило в но­вую, светлую жизнь, в пер­вую оче­редь, для про­стого лю­да: крестьян, рабочих, солдат и казаков, ино­верцев, батраков и многих других. Небы­валый душевный подъём на­рода, обеспе­чивший победу боль­шевикам, выражался не только в при­верженности но­вым идеям и принципам спра­вед­ливой жизни и равно­правия, но и в борьбе масс за знания, за образо­ван­ность, за право ува­жения к лич­ности Человека.

«Только героизм, рождённый великой идеей…»

Черепанов Александр Иванович (1895 – 1984 гг.),
российский офицер, советский военачальник, генерал-лейтенант

 

Как правило, век людей, стоящих в аван­­гар­де ре­во­лю­ции, не­долог…

Права и свободы, принципиальные решения власти провозгла­шались в первые годы советской республики на Все­российских Съездах Советов в виде декретов, постановлений, резолюций, обращений. На IV Съезде работало около 1200 делегатов со всей Рос­сии, ко­то­рые труди­лись над при­нятием та­ких клю­чевых для су­ществования Рос­сии до­кументов, как ра­ти­фикация Брест-Литов­ского мирного догово­ра, постановление о пере­несении столицы Российской Социа­листической Феде­ративной Советской Республики в Москву и др.

В архивах автору удалось разыскать уникальные фотографии:

  • 2-й Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов и
  • делегаты IV Всероссийского Чрезвычайного съезда Советов, который прошёл в Москве в марте 1918 года.

Поисковая работа увенчалась успехом благодаря Михаилу Вла­димировичу Страхову, главному специалисту Российского го­сударственного архива со­­циаль­но-по­лити­ческой ис­тории, Нине Алексеевне Большаковой и Марине Анатольевне Чертилиной, главным спе­циа­листам Рос­сийского го­­сударст­вен­ного архива кино­фото­доку­мен­тов.

  • Работа 2-го Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов. Зал заседания и президиум Съезда. Петроград. Октябрь 1917 г. РГАКФД, В-2410. Автор фотографии: Пётр Адольфович Оцуп

  • Общая фотография делегатов 4-го Всероссийского Чрезвычайного съезда Советов. Москва, март 1918 г. Из коллекции РГАСПИ. Ф. 788. Оп. 1. Д. 181. Автор фотографии: Пётр Адольфович Оцуп (?)

  • Колонный зал Дома Союзов во время заседания 4-го Всероссийского Чрезвычайного съезда Советов. Москва, март 1918 г. Из коллекции РГАКФД. Д-391. Автор фотографии: Пётр Адольфович Оцуп (?)

Как правило, век людей, стоящих в аван­гарде революции, недолог. У каждого своя траги­ческая судьба, а для последую­щего поко­ле­ния важно знать, ка­кая. На двух фото­графиях IV съезда многие лица видны ясно, но чтобы их иден­тифици­ро­вать, нужна помощь не только экспертов, но и потом­ков участников. Инте­ресно, что Фонд № 1235 ВЦИК Государственного архива РФ содержит ман­даты и краткие анкетные листы делегатов. Поэтому редакция журнала «Sammlung/Коллекция» обра­щается с просьбой ко всем инте­ре­сующимся исто­рией помочь установить имена делега­тов на этих фото­гра­фиях и посодействовать архивной работе исследователя.

  • Мандат Александра Ивановича Гаврилова, делегата IV Всероссийского Чрезвычайного Съезда Советов (1918 год). Источник: ГАРФ. Ф. 1235 (Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов Рабочих, Крестьянских и Красноармейских депутатов (ВЦИК)). Оп. 3 (Документальные материалы IV Всероссийского съезда Советов. Март 1918 г.). Д. 30 (Мандаты и удостоверения, выданные местными Советами делегатам на IV Чрезвычайный Всероссийский съезд Советов и утвержденные мандатной комиссией съезда с правом решающего голоса (фамилии делегатов на буквы А-И)). Л. 199

Часть информации о партийном работнике можно узнать, заполнив специальную электрон­ную форму на сайте Рос­сийского госу­дар­ст­венного архи­ва со­циаль­но-по­лити­ческой истории. Главное, что отмечено в Анкетном листе делегата – время вступления в пар­тию. Уско­рить поиск помо­жет до­полнитель­ное фи­нанси­ро­вание.

  • Анкетный лист Александра Ивановича Гаврилова, делегата IV Всероссийского Чрезвычайного Съезда Советов (1918 год). Источник: ГАРФ. Ф. 1235 (Всероссийский Центральный Испол­нительный Комитет Советов Рабочих, Крестьянских и Красноармейских депутатов (ВЦИК)). Оп. 3 (Документальные материалы IV Всероссийского съезда Советов. Март 1918 г.). Д. 25 (Анкеты делегатов IV Чрезвычайного Всероссийского съезда Советов (фамилии делегатов на буквы Г-И)). Л. 4

Автор выражает надежду, что первый исторический очерк о судьбе Александра Гаврилова и его брата Василия откроет цикл будущих статей и о других делегатах первых Съездов Советов.

Неизвестная фотография в газете о Съезде Советов

Плечом к плечу с делегатами трудился и мой прадед Александр Иванович Гаврилов (Иванов Гавриилов), который был делегирован на IV съезд с решающим голосом Советом Рабочих, крестьянских, солдат­ских, казачьих или батрацких, мусульманских Депу­татов г. Ташкент, Сыр-Дарьин­ской области и был избран членом Исполнительного комитета Крестьянской Секции ВЦИК. Содейст­вовал в революционной работе Александру его брат Василий Иванович Гаврилов, участник Первой Мировой войны, проходивший службу в Туркестане.

По воспоминаниям дочери Александра Ивановича Гаврилова, Татьяны Александ­ровны, отца братьев – Ивана Степановича Гаврилова (1858-1901) – старого питерского металлиста с купеческим прошлым предков за революционную деятельность сослали в Сибирь. Семья осела в селе Спасское Томской губернии Каинского уезда (ныне – Венгерово – административный центр Венгеровского района Новосибирской области).

После 1905 года из полит­ссыль­ных большевиков возникает в селе Спасском подпольная организация. Среди участников – братья Александр и Василий Гавриловы, ставшие активными большевиками. Александр вёл пропагандистскую деятельность в различных губерниях России, революцию встретил на одном из уральских заводов.

В семейном архиве были обнаружены письма родной сестры братьев Гавриловых – Таисии (с 1937 года – Селезнёвой). О своём старшем брате она сообщала в 1968-1969 годах следующее:

«…на 4-м съезде [А. И. Гаврилов] сфотографирован с Лениным и друзьями. В этой же газете была статья о маме [Гаврилова А. И. – Секлетинье Ивановне (1865—1938)] что она, неграмотная крестьянка, воспитала отличного сына, стойкого борца за свободу. Этот документ может быть среди фотографий В. И. Ленина» … «Газета была выпущена во время 4-го съезда партии и Гаврилов А. И. был сфотографирован вместе с Лениным В. И. Когда А. И. Гаврилов жил нелегально в Иркутске, то отрастил бороду.» … «Когда… скрывался в Иркутске его паспорт был Федотов Александр Иванович»… «он не пил ничего и не курил».

Пока не удалось определить в какой именно революционной газете были опубликованы фотографии и статья. В то время были десятки наименований таких газет не только центральных, но и местных.

Семейная драма с подписью на фотографии

  • Гаврилов Александр Иванович, г. Москва, 1918. Подпись на обороте: «На добрую память В. Клавдie Григорьевне Г-же Миленковой. От А. Гаврилова. Москва, 1918 года …»

После встречи с Владимиром Ильичём Лениным, Александр Гаврилов как член крестьянской секции ВЦИК прибыл в Иркутск «для под­польной работы и борьбы с колча­ковской реакцией». По заданию партии выехал в Омск, где налаживал работу Совдепов. Ранее, до работы на Съездах, ездил в Маньчжурию, вероятно, на подпольную конфе­ренцию. Например, по материалам ГАРФ (Фонд 102. Департамента полиции Министерства внутренних дел Российской империи. Опись № 239. Особый отдел. 1909 год.  Дело № 5ч. 75 л. А. Российская социал-де­мокра­ти­ческая рабочая партия: За­бай­каль­ская область г. Чита. Списки и отчёты) в марте 1909 года в Харбине планировалось проведение конфе­ренции социал-де­мократов. Затем Александр вер­нулся в Иркутск, где был арестован колчаковской контр­развед­кой. А случилось это из-за семейной драмы, о которой пишет в письме Таисия дочери Александра Ивановича Татьяне:

Александр Иванович и Александра Дмитриевна Гавриловы. Фото ок. 1911 года. Иркутск

«Александра Дмитриевна [супруга А. И. Гаврилова, в дев. Шашова, 1890-29.09.1925 ] … рано потеряла друга в лице Саши, который ей дорожил и если бы это было не так, то он не послал бы ей адрес квартиры, когда он уехал, [и] перешёл на подпольную работу, а Саня [Александра Дмитриевна], твоя мама обвинила Сашу, что он любит Миленкову [Клавдию Григорьевну, дочь дьякона] и поехала в Иркутск … а за ней следом, в этом же поезде ехал шпик и Сашу в тот же день арестовали. Но в этом твою маму никто не обвиняет, если бы с ней ра­ботали, она могла бы понять, какой опасности она подвергает Сашу и себя и вас. Но факт свершился. Вам следует не обвинять своего отца, … а гордиться им, что он ради счастья всего трудового народа и вас, наши родные, отдал свою жизнь, а жизнь он любил и хотел жить ради вас.»  

По другим источникам арест произошёл во время облавы на базаре (всего А. И. Гаврилов трижды подвергался аресту и два раза привлекался к следствию до рево­люции). Колча­ковская контр­разведка работала очень активно. Из писем Таисии:

«У мамы [Секлетиньи Ивановны] был брат Алексей Иванович [Тихонов]. Твой отец [А. И. Гаврилов] писал на него секретные письма, а Секлетинья Ивановна принесла одно из писем и положила в шкаф и вот обыск нашли письмо, взяли его.»

Каинский побег

Из Иркутска Александр Иванович Гаврилов был этапирован в Каинскую тюрьму в кандалах. Из письма Таисии:

«Приезжал к нам и жил у нас Ермаков Иван Григорьевич, он сидел в тюрьме вместе с Васей… поклялись, кто останется в живых навестить семью… Твоего отца он видел всего один раз, потому что Саша сидел в одиночке. До восстания он прибыл за один час 30 мин. Во время восстания он вышел на улицу и сказал «Товарищи, побег неудачен». Его схватили и били смертельно и уволокли окро­вавлен­ного в одиночку… пытали ужасно. Мы с мамой были в это время в Каинске. Я только видела как началось восстание, поднялся шум, это было примерно часов в 10 утра. Как началось восстание, народу у тюрьмы было человек сто, пришли на свидание. Сразу появились конные казаки и весь народ угнали за город. …свидания не дали. Мама по­просила, если [Александр] живой, принести его рубашку… надзиратель… принёс рубаху, она вся изорвана и залита кровью.»… «Во время восстания ему выбили левый глаз нагайкой, кожа поло­палась от ударов» «Когда пытали, всю бороду выдергали».

Наталья Иннокентьевна Павлова, директор в советское и постсоветское время Мемориального Дома-музея В. В. Куйбышева (г. Куйбышев Новосибирской области) сообщает, что в фондах музея имеются материалы о братьях Гав­риловых, из которых стало известно и о дальнейшей судьбе заключённых Каинской уездной тюрьмы. Н. И. Павлова также пишет об этом в газете «Советская Сибирь» от 8 февраля 1990 года за №33 (21087), что полит­заключённых каинской тюрьмы расстреливали и зверски казнили как по приговору суда, так и под предлогом попытки к бегству. Мучительной смертью погибли Закриевский, Пиотровский, Гуроль, Рассолов, Майстеров, Кра­сильников, Папшев, Рыженков… Тогда большевикам удалось передать заклю­чённым каинской уездной тюрьмы четыре гранаты и три револьвера, но восстание вспыхнуло 24 июня 1919 года ранее назна­ченного срока, стихийно, и было жестоко подавлено отрядом польских легионеров, находившихся рядом. Убежать удалось лишь двоим, остальные погибли или были схвачены.

В деле № 12 «О происшествиях по Томской губернии» Главного Управления местами заключения Министерства Юстиции Отдела I. №119 с 29 ноября 1919 года, дело №53 (31) Государственного архива Российской Федерации фонда Р827, описи 5, хранятся документы об этом восстании. Вот некоторые их них:

«Сегодня 4 часа дня следственный 4 камеры возвращаясь [c] прогулки напали [на] стражу отобрали ключи [,] револьверы избили[,] заперли [в] карцер[,] открыли другие камеры толпою 21 человекъ взломали ворота бѣ­жали [из] тюрьмы [, при] преследовании задержано 12 у(с)бито[,] 3 ранено [и] утонуло [в] реке 5[,] трупы ихъ не извлечены[,] 1 не выяснено дознание почтой[.] Начальникъ Каинской тюрьмы Ивановъ[.]»

– сообщается в телеграмме из Каинска в Омск, Главного управление местами заключения №868 от 24 июня [1919 г.] (Л. 62-63.)

На следующий день в Главное управление Местами Заключения был подан рапорт

Начальника Каинской уездной тюрьмы №1930 г. Каинска Томской губернии, Л. 66-68 (обр):

«Дополнительно телеграммы отъ 24 їюня с.г. доношу, что, какъ установлено дознанiемъ массовый побегъ арестантовъ изъ ввѣреной мнѣ тюрьмы, съ насилиемъ надъ стражем и взломомъ преградъ, произошёлъ при следующихъ обстоятельствахъ: возвращаясь с прогулки въ камеры, уголовные следственные арестанты 4 камеры – человѣк около 35 зайдя в коридоръ, неожиданно напали на дежурныхъ над­зирателей Печенкина, Якупова, Ткачева и выводнаго Варламова, бывших въ разныхъ мѣстах коридора, обезоружили ихъ и забрали револьверы себѣ, отобрали ключи и избивъ заперли в полу­созна­тельном состоянии в одинъ из карцеровъ, а сами открывъ отобранными ключами 1, 2 и 6ю общiе камеры и три одиночки выпустивъ изъ нихъ арестантовъ, съ револьверами в рукахъ, бросились къ входнымъ воротамъ и стали ихъ ломать оттягивая ихъ за нижнюю планку, не имея подъ руками свободныхъ надзирателей, привратный надзератель, не могъ противовоставить имъ силу, револь­вер-же его на всѣ 6 выстрелов далъ осѣчки – оказались негодными патроны, а пока крикъ его о помощи достигъ административного двора, оттуда выскочили с винтовкою я и старший Димитрiевъ, ворота арестанты успели выломать и толпою в 22 человѣка выско­чили на улицу и бросились бежать в разныя стороны, но большинство через огородъ къ рѣкѣ с намеренiем переплыть и скрыться в кустахъ, а часть, неуспевшия выскочить за ворота, заметивъ мѣня съ винтовкою, бросились обратно в коридоръ, ихъ-же примеру последовали и другие часть арестантовъ, выбежавшие за ворота, но бежавшие отъ тюрьмы еще недалеко.

На окрики мои «стой», бегущие не останавливались по этому пришлось открыть по нимъ стрельбу. Выстрелами убиты: уже на середине реки в лодке два арестанта большевика Масловъ и Носковъ и плывший рядомъ съ лодкой третий арестантъ — фамилiи неизвестно и дальне ихъ еще четыре арестанта, переплывшiя рѣку на бревнѣ фамилiи ихъ тоже не выяснены еще потому, что трпы изъ рѣки еще не извлечены. Другая часть сбежавшихся надзирателей в это время ловила арестантовъ, бывшихъ на суше и задержанных 12 человѣкъ – тутъ подоспели воинскiя части и милицiя – была организована погоня на ту сторону рѣки, гдѣ солдатами убито ещё один арестантъ-уголовникъ.

Таким образом, вы­рвалось за ворота всего 23 человѣка – 12 уголовныхъ и 11 больше­виковъ, задержано и водворено обратно въ тюрьму 12 человекъ – 7 боль­шевиковъ и 5 уголовныхъ, убито, личности которыхъ установлены – 3, 2 большевика и 1 уголовный, убито и утонуло въ рѣкѣ, личности и категории которыхъ не установлены 5 человѣкъ и 2м человѣкам, по предположению, уголовнымъ, удалось скрыться. Меры къ ихъ розыску и также къ извлечению труповъ их рѣки приняты.

Надзиратели Печенкинъ, Ткачевъ, Якуповъ и Варламовъ, слѣдов тяжкихъ наружных поврежденiй не имеютъ, но помяты основательны. Въ тотъ моментъ, когда арестанты взломавъ ворота, выбежали на улицу, одинъ из них Твердохлебовъ (?), бросился в надзирательское помещение, схватил бывшiе тамъ две винтовки и вооруживъ ими себя и другого арестанта Ивановича, при­сое­динился къ толпѣ и такимъ образомъ, толпа арестантовъ была вооружена 4 револьверами и 2 винтовками, отстреливались же только изъ револь­веровъ, для винтовок же не было патроновъ.

Ночью, после ликвидации побега, Старшiй надзиратель Дмитрiевъ, разыскивая ключи и замки от камеръ, нашёлъ въ отхожемъ месте одну снаря­женную французскую бомбу, вполне готовую въ дѣло, как она проникла въ тюрьму, была ли она приготовлена на этот случай или хранилась для какой либо другой цели – дознаниемъ не установлено.

Ворота, черезъ которые совершился побегъ – единственные в тюрьме деревянные и ветхiе, как и вся вообще тюрьма, запи­раются с улицы посрединѣ на … (?) засовъ и снизу на крюкъ, схватившие неплотно прилегавшую половину воротъ снизу, арестанты сильно начали тянуть ее къ себѣ, крайнiй брусок изломился, засовъ отскочилъ и ворота отворились.

Порядокъ окарауливанiя арестантовъ внутри ограды такой – внутри корпуса три ключника и одинъ выводной на обязанности котораго лежитъ охрана личностей ключниковъ, дежурным на больницѣ, постъ у кухни, постъ у бани, постъ въ углу за баней и 2 вышки – всѣ эти посты расположены такъ, что весь тюремный дворъ и ворота передъ ними какъ на ладони и любое место можетъ быть при надобности обстрѣлено въ любой моментъ. Если принять во вниманiе, что всѣ эти посты въ моментъ побега были заняты и надзиратели на нихъ вооружены, а между прочимъ никто из нихъ не стрелялъ, напрашивается мысль, что о готовившемся побѣгѣ имъ было известно и таковой совершился с ихъ согласiя – такое по крайней мере, мое мненiе.

В преследовании убежавшихъ принимали участiе старшiе Дмитрiевъ, Ахмедзяновъ и Михалевичъ и младшие Дмитрiй Ивановъ, Фодоръ Бакутинъ, Хуснулли Серазеждинов – всѣ исполнили свой служебный долгъ добросовестно и съ особымъ рвенiемъ старшiе Дмитрiевъ, Ахмедзяновъ и Михалевичъ.

Раненыхъ при преследовании арестантовъ 5 человѣкъ, изъ нихъ один большевик Бналновъ(?), в ночь на сiе число умеръ.

Наглядный планъ расположенiя внутреннихъ постовъ и наружныхъ представляю.

Начальник тюрьмы П. Ивановъ»

Из копии протокола о побеге 24 июня заключённых Каинской тюрьмы телеграммы М.В.Д. Управляющий Томской губернией от 9 июля 1919 года. №4082. г. Томск. Господину Начальнику Главного управления местами заключения. Вх. 14 июля 1919 г. (Л. 82.)

«1919 года, июня 24 дня, я, Начальник Каинской тюрьмы Иванов, произведя сего числа дознание по поводу побега из Каинской тюрьмы 21 человека арестованных, опрашивал…

Спрашиваемый по настоящему делу арестант Александр Гаврилов, показал, что кто-то (кто именно он не знает) отворил дверь ихней камеры и закричал «выходи». В коридоре народу не было видно, я вышел через открытые ворота за ограду тюрьмы и бросился бежать укрывшись во дворах. О заговоре ничего не знаю. Оружия в руках убегающих арестантов я не видел. А. Гаврилов.»

В результате, как утверждает газета «Барабинская степь» в №162 от 3 июля 1919 года, из политических заключённых Каинской тюрьмы, бежавших 24 июня 1919 года, был не найден только один человек – Пишальников Виталий.

Улица Братьев Гавриловых

По заявлению очевидца событий, красногвардейца, члена ВКП(б) Константина Петровича Мецнера, 22 марта 1951 года и по материалам суда г. Барабинска в 1924 году над тюремными карателями выяснено, что при отступлении Колчака, по приказу генерала В. О. Каппеля, под предлогом переотправки в Ново-Николаевскую тюрьму карательный отряд расстреливал политзаключённых партиями от 54 до 90 человек с 22 ноября 1919 года недалеко от Каинска (в окрестностях возвышенности Савкина Грива) по Московско-Сибирскому тракту (ранее на этой дороге были казнены большевики — узники Екатеринбургской тюрьмы). Откуда всех замученных и расстрелянных Красная армия свезла в Барабинск для погребения тел родственниками. Казнили узников тюрьмы лютой смертью, пишет Таисия: 

Фрагмент письма сестры братьев Гавриловых – Таисии Селезнёвой

«голова Василия была рассечена на четыре части», «рубашка Александра белая сатиновая вся разорвана лентами, а ворот целый висел на шее» «…как мы искали среди трупов своих родных» «…среди иссеченных измученных людей, находили только по одежде… Волосы становятся дыбом.»

«В завещании Александра было написано: «Дети, когда я погибну на эшафоте и у вас будет лишняя копейка, вы её отдайте бедным детям на тетрадку, но не … , дружите с бедными, но честными… гроб сделайте простой…» ».

Сохранилось письмо Василия Ивановича из тюрьмы своей семье от 28 марта 1919 года:

Письмо В. И. Гаврилова из тюрьмы

Расшифровка письма Василия Ивановича Гаврилова из тюрьмы:

«Гор. Каинск. Тюрьма.

28 марта 1919 года.

Добрый день!

Дорогое моё семейство Нюра, деточки Клаша и Сюречка.

Привет Вам: письмо я твоё получил в котором ты поздравляешь меня с днём Ангела, и рад, что вы живы и здоровы, ты пишешь, что сильно тяжело тебе живется, верю дорогая и милая Нюра, что же поделаешь видно за нашу долю выпал жребий нести тяжёлый крест, чему быть того не миновать; каждый человек стремится, как бы продлить за счёт другого, не может же он служить богу и дьяволу т.е. двум господам.

Думаю и я живу в Мире, воспользоваться темнотой других, в чём заключается все зло натравливаются друг на друга.

Нет и не будет той братской любви, пока ложь плавает. На вере многие собирают своё благополучие, на несчастье других, для нас русских особенно непростительно понимать или сознательно искажать учение Христа, да бы это зло пустило глубокие корни.

Если бы было побольше таких людей, как Лев Николаевич Толстой толкователей религии и вообще о жизни человека, для чего он живёт, то по моему мнению каждый из нас мог бы понять, истолковать ту истину закона бога и разницу закона человеческого. 

С детства нас воспитывают так, чтобы между народами разных вероисповеданий была вражда и взрослым приказывают помнить о его желании нарушать 6-ю заповедь – не убий.

Чем больше живёт человек, больше понимает суть жизни, больше видишь сделанное в прошлом за собой ошибок, как их видел за другими. 

Не нужно учить так долго и читать много, чтобы понимать учение Христа. Вот … должны запомнить дорогая моя крошка Клашенька добро понять суть жизни в будущем, что плохо, что хорошо. 

Вся суть Св. Евангеля люби ближнего своего, как самого себя, не делай того другому, что себе не желаешь, прощай обиды, чтоб закон для всех богатых и бедных, только беда в том наша, что первые знают его хорошо, но искажают, чтоб не жилось хорошо на земле, последние по своему невежеству, темноте влачат жалкое существование, чем и подражают злу. 

Вот моё наставление дорогой дочурке Кларочке и Сюрочке. 

Только любовью к ближнему можно достигнуть благ и светлого будущего на земле.»

Из письма Таисии директору советского времени Мемориального Дома-музея В. В. Куйбышева Александре Васильевне Обласовой от 27 февраля 1970 года:

«Я ведь лично своими руками в Барабинской школе из числа 500 человек разыскивала своих братиков, которые были изуродованы до неузнаваемости. Кроме того, когда Александр Иванович был в городе Иркутске и ему необходимо было идти в подполье, я ещё имела небольшой возраст и меньше политического опыта. Меня Вася, то есть мой брат и другие политические ссыльные, проживающие в Новом Тартасе под кличкой «Прокурор» и «Бродяга Миша Кривой» поручили мне везти паспорт в г. Иркутск под чужой фамилией, чтобы Саша мог свободно себя чувствовать при революционной работе и я это сделала, хотя мне это далось не легко… Я с Мецнером познакомилась в 1951 году, когда прочитала заметку, написанную в газете «Советская Сибирь» под заголовком «Во имя Родины»… Ведь кроме Мецнера К. П. после расстрела заключённых Каинской тюрьмы ещё остался живой  Иван Гаврилович Ермаков, который уполз из кучи трупов в одном белье в стог сена. Но он был обморожен и помер в 1922 году.»

Из воспоминаний Татьяны Александровны Баньковской (3 января (16 января) 1914, Иркутск —11 декабря 2006, Березники), дочери А. И. Гаврилова (материалы Мемориального Дома-музея В. В. Куйбышева):

«…нас осталось от отца трое детей – дочерей. В 1919 году мне было 5 лет, но я очень хорошо помню то тяжёлое, жуткое время – похороны отца и дяди, горькие слёзы родных, невыносимые их сnрадания. А хоронили наших дорогих с почестями, – отряд красноармейцев салютовал из винтовок… Отцу моему офицер шашкой отрубил ноги, а потом из нагана выстрелил в рот. Расстреляли и дядю Васю. Перед смертью Александр Иванович крикнул «Да здравствует Советская власть!»»

Таисия обращается в письме к дочери Александра Татьяне:

«Ты, Танечка обвиняешь своего отца, что он оставил вас без ласки в беде, это не правильно. Конечно вы и сотни таких детей остались сиротами, и фашизм тоже много осиротил детей, … но никто не думал о своём личном счастье. Дети наши получают высшее образование. Это их заслуга. Это они своей смертью купили нам счастье.»

В память о братьях Гавриловых назвали улицу в селе Новый Тартас Венгеровского района Новосибирской области. В 1979 году установили новый обелиск.

Загадки ташкентской фотографии Первой мировой

Василий Иванович Гаврилов (1884-1919). Ташкент. Фотограф Б. Х. Капустянский

Редкую фотографию ташкентского мастера Б. Х. Капустянского фронтовика Первой мировой Василия Ивановича Гаврилова попытались расшифровать историки-униформологи и  художники-реконструкторы.

По словам историка-эксперта и художника-реконструктора Кирилла Сергеевича Васильева на фотографии Василия Ивановича Гаврилова особый покрой рубахи и погоны нижнего чина пятиугольной формы полевые, самодельные, чересчур длинные и слишком твёрдые с вложенной картонкой и с металлическими пуговицами, как у офицеров. Также любопытна серая пехотная офицерская каракулевая или казачья папаха, но без кокарды (предреволюционное фото). Такое обмундирование мог купить на заказ в военном магазине достаточно состоятельный человек. А папаху разрешали носить определённым полкам. По приказу 1913 года о введении папах в качестве зимнего головного убора написано, что папахи у офицеров такие же как у нижних чинов с отдельным налобником. Но офицеры носили  папахи с цельным меховым околышем. В каждом войске казачьи папахи были свои и отличались они мехом, его длинной и т.д. Например, оренбургским казакам полагались чёрные папахи (тёмно-серые), но полевые папахи при походной форме полагались светлые. Интересно, что ещё 6 июля 1899 г. в Туркестанском Военном округе были отменены барашковые шапки: парадным головным убором установлены фуражки с козырьком и гербом на тулье (Приказ по Военному ведомству №195).

Художнику и специалисту по микрофотографиям ткани Людмиле Август удалось обнаружить на фотографии при сильном увеличении, что на погонах, особенно на правом плече Василия Ивановича, при регулировании яркости в различных цветовых каналах просматриваются шифровки и насколько отверстий, из них четыре образуют прямоугольник, вероятно, от металлического вензеля. Отверстия в верхней части по краям погона могли указывать на то, что на погоне вероятно, могла быть и ефрейторская узкая нашивка.

Четыре крепления имел, например, металлический вензель Николая II (такой вензель носили первая и вторая гвардейские пехотные дивизии, шефские роты Его Величества), при этом от короны должно было остаться на погоне два отверстия. После демобилизации Василий Иванович, как революционер, мог снять вензеля с погон и сфотографироваться в форме уже без них. Также у погона вероятно была двухстрочная шифровка (в цветовых каналах просматривается цифра 3 или 7.

Поясняет Кирилл Сергеевич Васильев: двухстрочные шифровки имели тыловые и запасные части (например, госпитали, склады, дружины ополчения). Литерная шифровка в редких случаях могла быть с вензелем. Например, литерная шифровка с вензелем была на погонах в стрелковых полках: в 13-м Стрелковом Ген-Фельдмаршала вел. кн. Николая Николаевича, в 15-м (в этом полку шефом был фельдмаршал Король Черногории) и в 16-м – вензель над цифровой (16-й Стрелковый Императора Александра III полк), а также в 6-м и 11-м сапёрном батальоне (вензеля над шифровками).

По мнению Михаила Викторовича Шиловского, доктора исторических наук, профессора, заведующего Сектором истории второй половины XVI – начала ХХ вв. Института истории СО РАН, до начала Первой мировой войны В. И. Гаврилов, судя по представленной информации, отслужил срочную службу, и объявлением всеобщей мобилизации в июль 1914 г. как резервист был мобилизован в один из сибирских стрелковых полков, сформированных в ОмВО. Из-за отсутствия информации о части в архивах Новосибирска и Омска назвать номер полка пока не смогли. Наиболее масштабные бои, населённые пункты, фронты, где сражались воины-сибиряки, связаны с 1-м и 2-м Туркестанскими армейскими корпусами.

Автор выражает признательность за обсуждение темы на форуме Фалеристика.инфо.

 

Литвинов Николай Николаевич
— преподаватель программ повышения квалификации
Высшей школы корпоративного управления Российской академии народного хозяйства
и государственной службы при Президенте Российской Федерации (ВШКУ РАНХиГС),
 член партнёрства «Викимедиа РУ»,
редактор и автор Википедии (с 2013) на пяти языках, к.э.н.

Изображения предоставлены автором 

Фотографии Российской Империи

Коллекционирование фотографий

Чужие фотографии из семейного альбома

__________________

Обсудить материал на форуме >>>