В Новый год принято получать подарки. Этой традиции уже много лет, считается, что в России её ввела Императрица Екатерина Великая в далёком XVIII веке. Впрочем, для каждого века свои подарки… Как известно, век XIX был пропитан орденоманией. Ордена, в крепкой связке с чинами, становились для большинства служащих куда большей мотивацией, нежели денежное жалование.
Император Александр II старался сократить число вручаемых наград, чтобы сохранить их авторитет и престиж в глазах общества, но несмотря на все предпринимаемые меры, количество награждений год от года только росло. Современники отмечают, что русский государь имел подлинную страсть к орденам. Именно годы правления Александра II в России справедливо назвать одними из самых благоприятных лет по скорости награждений: в среднем, успешный чиновник или военнослужащий, получал один орден в два – три года.
В преддверии Нового года многие государственные сановники с нетерпением ожидали очередной «крестик» или «ленту». Судить же о том, как происходили награждения в высших эшелонах власти можно по дневниковым записям действительного тайного советника графа (с 1880 года) Петра Александровича Валуева (1815 – 1890). Его дневники заслужено считаются ценным историческим источником, повествующим о событиях, происходивших в верхних слоях чиновничьей среды Российской Империи в годы правления Царя-Освободителя.
В 1861 – 1868 годах П. А. Валуев исправлял должность министра внутренних дел, а с 1872 по 1879 год был министром государственных имуществ. Вершиной карьерной лестницы для Петра Александровича стал пост председателя Комитета министров, который он занимал с 25 декабря 1879 по 4 октября 1881 года[1]. К слову, во второй половине XIX века Министерство внутренних дел имело куда более широкий круг полномочий, нежели сейчас, и по своей значимости в государстве уступало, разве что Министерству иностранных дел и Военному министерству. Тогда как Министерство госимуществ отвечало за принадлежавшие государству земли, недра, леса, а до отмены Крепостного права еще и за управление государственными крестьянами.
Одна из ранних записей в дневнике Валуева, от 1 января 1862 года, гласит:
«…Много лент и т. п., особенно по Морскому ведомству. <…> Из дворца заезжал в другие дворцы, потом к М. Н. Муравьёву, который весьма огорчен тем, что при увольнении получил только рескрипт без Андреевской ленты…»[2].
Разберём подробнее, что имел ввиду автор дневника: итак, в этот день министр госимуществ генерал от инфантерии Михаил Николаевич Муравьёв (1796 – 1866) покинул свой пост. В годы правления Александра II, как правило, чиновники министерского ранга, после нескольких лет пребывания на посту, при отставке награждались следующем по старшинству из числа имевшихся у него орденов. В случае с М. Н. Муравьёвым этим орденом должен был стать орден Святого Андрея Первозванного, иногда называемый в обиходе «Андреевской лентой».
Рескриптом же именовалось частное письмо императора, адресованное конкретному высокопоставленному лицу и содержащее в себе выражение признательности и благодарности за добросовестную службу. Обычно «отставка с рескриптом» для чиновника такого ранга означала окончательный отход от дел и, в лучшем случае, назначение на какую-то формальную должность.
Кто же тогда мог подумать, что в следующем 1863 году в Польше вспыхнет восстание и именно генерал Михаил Николаевич Муравьёв сможет военной силой и реформами успокоить возмущенный край. За эти труды в августе того же 1863 года Император Александр II заслужено пожаловал его в кавалеры ордена Святого Андрея Первозванного, дав на имя волынского военного губернатора и гродненского, ковенского и минского генерал-губернатора, командующего виленским военным округом генерала от инфантерии Муравьёва 2-го следующий Высочайший рескрипт:
«Михаил Николаевич! Четыре месяца тому назад Я призвал вас к управлению обширным краем, где мятеж, издавна подготовленный преступными кознями некоторой части местного населения, поколебал основы гражданского порядка, расстроил все отрасли администрации и вызвал длинный ряд кровавых столкновений. Не взирая на расстроенное долголетними служебными трудами здоровье и вполне сознавая всю тягость предстоявшего вам дела, вы с примерным самоотвержением приняли предложенное вам назначение. Неутомимою деятельностию вашею и энергическими распоряжениями вы вскоре достигли желаемых успехов: в большей части вверенного вам края порядок уже восстановлен; в остальных же местностях он постепенно водворяется. Благодаря вашим усилиям, приближается то время, когда, не обращаясь к прискорбным мерам строгости, можно будет приступить к окончательному упрочению в крае общественного спокойствия, и к восстановлению в полной силе общих начал гражданского управления. В изъявление искренней признательности МОЕЙ за вашу всегдашнюю и безусловную готовность жертвовать собою на пользу Отечества, Я жалую вас кавалером Императорского ордена Св. апостола Андрея Первозванного, знаки коего при сем препровождая, с особенным благоволением пребываю к вам навсегда неизменно благосклонным»[3].
К слову, многие, увлекаясь политической составляющей завершающего этапа жизни М. Н. Муравьёва, забывают, что свою карьеру будущий министр начал с участия в 16-летнем возрасте в Отечественной войне 1812 года – за сражение при Бородино, в котором он был тяжело ранен в ногу ядром, молодой офицер удостоился почтенной боевой награды – ордена Святого Владимира IV степени с бантом[4].
1 января 1863 года Валуев пишет:
«Утром на выходе во дворце. Главным начальником почт назначен И. М. Толстой, государственным контролером [В. А.] Татаринов. Кн.[язю] Гагарину пожалованы алмазные андреевские знаки. Целый день дома»[5].
- Знак ордена Святого Андрея Первозванного, украшенный бриллиантами. Неизвестная ювелирная мастерская. Серебро, золото, розы, гранаты, стекло, штамповка, литье с гравировкой, горячая эмаль, монтаж, вставка камней, 106 х 70 мм. Санкт-Петербург, 1862 год. Принадлежал генерал-фельдмаршалу князю А. И. Барятинскому. Государственный Исторический музей, Инв. №: КР ОН 913492 (№ ГИМ: ГИМ 93375/517)
- Звезда ордена Святого Андрея Первозванного, украшенная бриллиантами. Неизвестная ювелирная мастерская. Золото, серебро, розы, стразы, чеканка, пайка, вставка камней, горячая эмаль, монтаж, 114 х 114 мм. Санкт-Петербург, 1862 год. Принадлежал генерал-фельдмаршалу князю А. И. Барятинскому. Государственный Исторический музей, Инв. №: КР ОН 913493 (№ ГИМ: ГИМ 93375/518)
В тот день князь Павел Павлович Гагарин (1789 – 1872), занимавший в 1864 – 1872 годах пост председателя Комитета министров, действительно был удостоен алмазных украшений к ордену Святого Андрея Первозванного[6], дополнительно возвышавших в глазах окружающих статус высшего российского ордена.
Само собой, что П. А. Валуев упоминает не обо всех награждениях, произошедших в первый день 1863 года, а выборочно. Умолчав, к примеру, о награждении Великих князей Николая Николаевича (Старшего) и Михаила Николаевича, а заодно и действительного тайного советника Фёдора Ивановича Прянишникова (1793 – 1867) орденами Святого Владимира I степеней. Всего же, по данным из номера «Санктпетербургских Сенатских ведомостей», 1 января того года Император выдал своим сановникам сразу 13 «звёзд»:
- 1 алмазные знаки к ордену Святого Андрея Первозванного;
- 3 ордена Святого Владимира I степени;
- 2 ордена Святого Александра Невского;
- 3 ордена Святого Владимира II степени;
- 1 орден Святой Анны I степени;
- 3 ордена Святого Станислава I степени[7].
Одна из самых иноформативных и любопытных записей Валуева относится к 1 января 1865 года:
«Утром во дворце. Кн.[язя] Гагарина видел с портретом, Буткова – с алмазными знаками св. Александра, Милютина – в мундире члена Государственного совета, Чевкина – с лентою св. Владимира»[8].
Не лишним будет сказать, что, под «портретом» Пётр Александрович подразумевал портрет Императора, обрамлённый алмазами, и предназначавшийся для ношения на голубой Андреевской ленте в петлице. Эту награду в России ввёл ещё Пётр I. Фактически, жалованный портрет – личная награда монарха и какого-то строго юридического статуса она не имела. В XIX веке, как правило, «портретом» награждали уже после вручения алмазных знаков к ордену Святого Андрея Первозванного, что как раз и свидетельствует о невероятно высоком её уровне.
Уже упомянутый П. П. Гагарин был пожалован украшенным алмазами портретом Императора Александра II ровно спустя два года после получения алмазных знаков к ордену Святого Андрея Первозванного[9].
Несколько выдающихся государственных деятелей, среди которых, например, канцлер Александр Михайлович Горчаков (1856 – 1882)[10], были награждены двойными и даже тройными «портретами», то есть на основу, в обрамлении бриллиантов монтировались сразу два или три портрета тех Императоров, в годы правления которых отличился награждаемый.
«Портретом» иногда могли наградить и к юбилею службы: не менее полувека в офицерском, классном или даже в генеральском чине. Например, тот же Валуев пишет в дневнике, но уже 1 января 1876 года о внуке легендарного генералиссимуса Суворова – генерал-адъютанте, генерале от инфантерии Александре Аркадьевиче Суворове, Светлейшем князе Италийском графе Рымникском (1804 – 1882):
«Утром у обедни. Потом у кн. Суворова, праздновавшего 50-летний служебный юбилей. Людно, блистательно, большею частью искренно. Князю пожалован портрет. Удостоили его посещением государь и вел.[икие] князья, кроме, кажется, ген.[ерала]-адмирала, который еще хромает от ушиба. <…> Новостей официальных немного, т. е. крупных, и то по ленточной части»[11].
Именно эту награду можно наблюдать на живописном портрете А. А. Суворова, созданном в 1877 году.
Однако продолжим расшифровку более ранних записей Валуева. Итак, тайный советник и статс-секретарь Владимир Петрович Бутков (1813 – 1881), покидавший в тот день пост государственного секретаря, за свои труды по проведению Судебной реформы был пожалован бриллиантовыми знаками к уже имевшемуся у него ордену Святого Александра Невского[12] – максимально возможной награды для его чина.
Стоит заметить, что одними орденами российская Наградная система тех лет не ограничивалось. Зачастую, у отличившегося была возможность выбрать, какую именно награду он хотел бы получить вместо ордена: к примеру, единовременно крупную денежную сумму (подчас, превышающую годовое жалование) или же приносящую ежегодный доход аренду. Как ни странно, ордена с бриллиантовыми украшениями тоже составляли источник дохода: вместо громоздких ювелирных знаков совершенно официально можно было получить их денежный эквивалент[13] (сумма, в зависимости от качества и количества драгоценных камней, составляла от 2 до 10 тысяч рублей).
К сожалению, в оригинальной публикации данного материала для, портала Информационно-аналитического издания «Столетие», автором была допущена ошибка, которую непременно стоит исправить: речь в тексте дневниковой записи Валуева идёт не о Военном министре и авторе Военной реформы генерал-адъютанте, генерале от инфантерии Дмитрии Алексеевиче Милютине (1816 – 1912), а о его младшем брате, одном из деятелей Крестьянской реформы тайном советнике и статс-секретаре – Николае Алексеевиче Милютине (1818 – 1872), что как раз подтверждается публикацией в периодике[14].
Членам Государственного совета полагался особый мундир с обильным золотым шитьем[15]. При представлении Государю – традиционная форма выражения благодарности и почтения за полученную милость, награду было принято демонстрировать, и Н. А. Милютин облачился в один из самых великолепных и почётных российских гражданских мундиров.
- Рисунки воротникового шитья и мундира членов Государственного Совета 27 февраля 1834 года и парадной, праздничной и обыкновенной формы Государственного Совета 8 марта 1856 года. (РГИА. Ф. 1409. Оп. 10. Д. 1. Л. 2, 4.; Д. 334. Л. 2.)
Тогда как генерал от инфантерии Константин Владимирович Чевкин, (1802 – 1875), несколько лет при Александре II занимавший должность главноуправляющего путями сообщения и публичными зданиями, а потом входивший в состав Госсовета, был, соответственно, пожалован орденом Святого Владимира I степени[16]. О том, насколько ценился этот орден, свидетельствует тот факт, что Чевкин стал кавалером «Владимирской ленты» спустя почти четыре года после получения высшего российского ордена Святого Андрея Первозванного[17].
В большинстве случаев, при получении старшего ордена, младшими в иерархии орденами уже не награждали, но по «Положению о наградах по службе» 1859 года орден Святого Владимира, как особая награды за гражданские заслуги, изымался из общей постепенности орденов и назначался только по личному усмотрению Императора, что давало возможность жаловать его независимо от других орденов[18]. Любопытно, что формально орден всё же остался в общей наградной ветке, но именно с этого времени стали достаточно частыми «пропуски» в последовательности пожалования его степеней (к примеру: кавалер IV степени так и не получал III степень, но впоследствии удостаивался сразу II степени).
Вновь вернёмся к дневнику Валуева: 1 января 1867 года он записал следующее:
«Утром в Зимнем дворце. Малый выход. Праздничных новостей немного. Бутков и Павел Муханов – дейст.[вительные] стат.[кие] советники. Урусов и Набоков украшены новыми звёздами»[19].
Погружённый в свои дела Пётр Александрович не счёл необходимым пояснять, о каких именно звёздах идет речь, ибо в круге его общения о них все прекрасно знали. Между тем, по послужным спискам не представляет труда проследить, что государственный секретарь, статс-секретарь и сенатор князь Сергей Николаевич Урусов (1816 – 1883) был пожалован орденом Святого Владимира II степени[20]. А дедушка знаменитого писателя Владимира Набокова – Дмитрий Николаевич Набоков (1826 – 1904), на тот момент также сенатор и статс-секретарь, получил «Аннинскую ленту» – орден Святой Анны I степени[21]. Любопытно, что оба чиновника, каждый в своё время, «перепрыгнули» орден Святого Станислава I степени, получив после ордена Святого Владимира III степени сразу орден Святой Анны I степени[22] – нечастое явление для гражданских служащих.
Впрочем, не стоит думать, что Валуев писал только лишь о чужих награждениях. В последний день 1874 года Пётр Александрович оставил такую дневниковую запись:
«Утром доклад у государя, который был очень ласков и благодарил за мои труды <…> Поздно вечером мне прислан орден св. Владимира 1-й степени»[23].
Сперва – успешный доклад у Императора, и только потом заслуженная награда. К слову, сам Валуев был достаточно равнодушен к «орденской лихорадке» и в своих дневниках неоднократно и весьма самокритично подчёркивал, что некоторые награды даны ему авансом, в честь будущих заслуг. Хотя тот же орден Святого Владимира I степени ему пришлось ждать больше шести лет.
Конечно же, дневники Валуева отражают лишь малую, хотя и весьма весомую часть от общего потока награждений и почти не захватывают награды за военные заслуги. Но даже эти крупицы позволяют взглянуть под необычным углом на быт, обычаи и традиции управленческой элиты нашей страны в третьей четверти XIX века.
Несмотря на праздничные дни, в высших кругах Российской Империи работа не прекращалась: вручаемые награды подводили итог трудам прошлых лет, выражали личную признательность монарха, отмечали заслуги на ниве служения Отечеству, открывали перспективы для новых деяний. Вовремя врученная награда не только свидетельствовала об одобрении проводимого курса того или иного чиновника, но и подкрепляла авторитет императорской власти. И это прекрасно понимал Император Александр II, умело использовавший всю широту «палитры» наградных инструментов, щедрой рукой отмечая в Новый год наиболее достойных своих подданных.
Автор благодарит историка-униформолога Сергея Алексеевича Попова за ценные замечания при подготовке материала.
Публикуется с дополнениями и исправлениями по: Головин С. Н. Орден – как новогодняя награда [Электронный ресурс]. // «Столетие». Информационно-аналитическое издание Фонда Исторической перспективы. Дата публикации: 26.12.2025. Режим доступа: https://www.stoletie.ru/territoriya istorii/orden kak_novogodnaja_nagrada_229.htm. Дата обращения: 11.01.2026.
Сергей Головин
Примечания:
[1] Биографию графа П. А. Валуева см.: Валуев, Пётр Александрович // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. В 86 т. (82 т. и 4 доп.). – Т. V. Буны – Вальтер. / Изд. Ф. А. Брокгауз (Лейпциг), И. А. Ефрон (СПб.). Под ред. К. К. Арсеньева. [1890 – 1907]. СПб.: Типолит. (И. А. Ефрона). 1891. – С. 437-440.
[2] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева, министра внутренних дел. В 2-х т. / [Акад. наук СССР, Ин-т истории, Гл. арх. упр. при Совете Министров СССР]. М.: Изд-во Акад. наук СССР. 1961. – Т. I. 1861 – 1864. – С. 138.
[3] Русский Инвалид. Ведомости военные, политические, ученые и литературные. Год 50-й. СПб., 1863. – № 190. Пятница, 30 августа / 11 сентября 1863. – С. 2 (814).
[4] Список кавалерам Императорских российских орденов всех наименований за 1832 год. СПб.: При Имп. Академии наук. 1833. – Ч. II. – С. 109. (В списке отчество ошибочно указано, как «Яковлевич»).
[5] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева… Т. I. 1861 – 1864. – С. 200.
[6] Санктпетербургские Сенатские ведомости. СПб., [1809 – 1892]. – № 5. 15 января 1863, вторник. – С. 2 (12).
[7] Там же.
[8] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева…Т. II. 1865 – 1876. – С. 11.
[9] Русский Инвалид. Ведомости военные, политические, ученые и литературные. Год 52-й. СПб., 1865. – № 1. Пятница, 1 / 13 января 1865. – С. 1.
[10] Список гражданских чинов первых трех классов. Испр. по 25-е сентября 1881 года. СПб.: Тип. Правительствующ. Сената. 1881. – С. 1-6.
[11] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева…Т. II. 1865 – 1876. – С. 320.
[12] Русский Инвалид. Ведомости военные, политические, ученые и литературные. Год 52-й. СПб., 1865. – № 1. Пятница, 1 / 13 января 1865. – С. 1.
[13] Подробнее см.: Коломнин С. А. Продайте вашу шпагу, сударь… // Казаки: Общественно-политический и литературно-художественный журнал. М.: Истоки. 2013. – № 4 (57). – С. 32-38.
[14] «Нашему статс-секретарю, сенатору, тайному советнику Милютину. Всемилостивейше повелеваем быть членом Государственного совета, с оставлением при всех занимаемых им должностях и с сохранением звания Нашего статс-секретаря». (Русский Инвалид. Ведомости военные, политические, ученые и литературные. Год 52-й. СПб., 1865. – № 1. Пятница, 1 / 13 января 1865. – С. 1.).
[15] Подробнее см.: Попов С. А. Русский гражданский мундир. 1755 – 1855. – Т. I. / С. А. Попов. М.: Фонд «Русские Витязи». 2021. – С. 308-314.
[16] Русский Инвалид. Ведомости военные, политические, ученые и литературные. Год 52-й. СПб., 1865. – № 1. Пятница, 1 / 13 января 1865. – С. 1.
[17] Список генералам по старшинству. Испр. по 15-е февраля. СПб.: В Воен. тип. 1875. – С. 42-43.
[18] Положение о наградах по службе. СПб.: [Б. и.], 1859. – С. 20., § 40.
[19] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева…Т. II. 1865 – 1876. – С. 180.
[20] Список гражданским чинам первых III-х классов. Испр. по 1-е февраля 1867 г. СПб.: Тип. Правительствующ. Сената. 1867. – С. 299.
[21] Там же. С. 240.
[22] Там же. С. 240, 299.
[23] [Валуев П. А.] Дневник П. А. Валуева…Т. II. 1865 – 1876. – С. 287.
_________________
