«Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке…» Новые факты о жизни и творчестве в юбилейный год художника

В этом году исполняется 170-лет со дня рождения знакового для истории русского искусства художника Михаила Александровича Врубеля (1856–1910), масштаб гения которого вышел далеко за границы национального ареала. (Ил.1)

Влияние Врубеля – классика русского символизма, зрелый творческий период которого совпадает со временем расцвета эпохи модерна, – пунктиром проходит через весь ХХ век и формирует представление о том, что способно сделать художника современным. В его творчестве стилистические каноны модерна и модернизм пришли во взаимодействие, сущность которого состояла в активном диалоге художественной мысли с пластической формой.

Ил. 1. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Автопортрет с раковиной. Конец 1904 – начало 1905. Бумага, акварель, уголь, гуашь, сангина, графитный карандаш. 58,2 × 53. ГРМ, Санкт-Петербург (Инв. Р-134730

В эпоху модерна идея о том, что художник сбывается только в своих произведениях и иного пути постигнуть его роль в истории искусства не существует, утверждалась осознанно, настойчиво и вдохновенно. Индивидуально сформированная образная система была главной целью мастеров-новаторов рубежа XIX–XX столетий, воспринимавших искусство как самоценное выражение душевной реальности. В творчестве Врубеля можно найти множество примеров, подтверждающих эту мысль. Однако наиболее концентрично, на уровне визуального эпиграфа, ее выражают вариации врубелевской разработки мотива раковины, так как они метафорично и емко характеризуют центральную тему искусства мастера – проблему творчества как самостоятельного концептуального феномена. (Ил.2, 3)

• (Ил. 2). Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Раковина. Бумага, черная пастель, графитный карандаш, мел. 17,6 × 25,5. ГРМ, Санкт-Петербург (Инв. Р-475). Ракурс 1 [Один из возможных ракурсов восприятия. – О.Д.]
• (Ил. 3). Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Раковина. Бумага, черная пастель, графитный карандаш, мел. 17,6 × 25,5. ГРМ, Санкт-Петербург (Инв. Р-475). Ракурс 2 [Один из возможных ракурсов восприятия. – О.Д.]

Серия графических этюдов Михаила Врубеля «Раковины» (конец [вторая половина] 1904 – начало 1905, ГРМ, ГТГ) – явление сложное в искусстве начала XX века и с точки зрения пластического языка, фиксирующего разную степень целостности предмета как художественного образа на основе его фрагментирования; и с точки зрения эмоционально-смысловых задач, связанных с попыткой выявить внешними средствами закономерности внутреннего движения жизни, влияющие на эстетические качества восприятия формы. Эта философия предмета, развивающаяся на фоне минимализации его внешних связей с миром, органична тем ассоциативным возможностям художественного иносказания, которые жизненным пульсом пронизывают разные пласты искусства модернизма (от символизма до абстракции) и постмодерна, превращая артефакты в автономные структуры, в атомарные «образы в себе» (по аналоги с понятием «вещь в себе» Иммануила Канта, изучавшегося Врубелем с юных лет).

Примечательно, что до настоящего времени «Раковины» Врубеля не были предметом самостоятельного полноценного исследования. Попытка исправить этот факт была осуществлена в монографии автора этих строк «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного», опубликованной в этом юбилейном году молодым московским издательством «Александровский сад». В монографии серия «Раковины» была не только всесторонне проанализирована на художественно смысловом уровне и уточнена по истории и времени создания, но и впервые подсчитана.  На сегодняшний день на основе собраний Русского музея (ГРМ) и Третьяковской галереи (ГТГ) в контексте развития общей поэтики замысла Врубеля можно говорить о двадцати одном графическом образе, созданном художником на тему «ракушки». Два из них наделены фигуративным мотивом «морских царевен», «вплывающих» во внутреннюю радужную створку раковины, и имеют самостоятельные названия – «Жемчужина» (1904, ГТГ) (Ил.4) и «Тени лагун» (1905 [вторая половина 1904 ?], ГТГ) (Ил.5). Девятнадцать иконографических вариантов «Раковин», образующих основной монотематический цикл (разный по степени завершенности композиций и уровню сложности технических решений), разместились на лицевой и оборотной сторонах пятнадцати листов. (Ил.6) Причём на одном из них имеется визуальный палимпсест проступающего сквозь раковину автопортрета, а на семи – тематически самостоятельные сюжеты («Автопортрет» (Ил.7), «Портрет Н.И. Забелы-Врубль в кресле-качалке», «Серафим», «Композиция с воинскими шлемами» и другие). Врублевскую морфологию рождения художественного образа «без слов» – от структурно едва намеченной субстанции к полноценной пластической форме – теперь можно увидеть без купюр на страницах новой книги, где впервые воспроизведена вся серия. (Ил.8)

• Ил. 4. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Жемчужина. 1904. Картон, пастель, гуашь, уголь, бумажная аппликация. 35 × 43,7. ГТГ, Москва (Инв. 5291)
• Ил. 5. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Тени лагун. 1905 [вторая половина 1904 ?]. Бумага, пастель, гуашь, уголь, графитный карандаш. 69,5 × 90,6. ГТГ, Москва (Инв. 5746)
• Ил. 6. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Раковина. Бумага, чёрный и графитный. карандаши, акварель, белила. 22,9 × 34,8 (в свету). ГРМ, Санкт-Петербург (Инв. Р-2429 оборот)

Ил. 7. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Автопортрет. [Осень] 1904 — [зима] 1905. Бумага, акварель, белила, графитный карандаш. 35,8 × 24. ГТГ, Москва (Инв. 3556)

Конечно, «Раковины» – это лишь один из универсальных концептов Врубеля, заложившего новые точки отсчета в понимании разных форм и видов изобразительного искусства.

Ил. 8. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Раковина. Бумага, угольный карандаш, акварель, белила. 18,6 × 32,3. ГТГ, Москва (Инв. Р-3525)

Структурное гранение объема плоскостями (прямая лига к кубизму) и мозаичность фактуры; кадрирование и фрагментация композиции; изменение привычных точек отсчета в понимании верха и низа, лишающее предметы устойчивой семантики и превращающее их в наделенные собственной замкнутой жизнью «образы в себе»; использование приема нон-финито/non finito, экзистенциальный эффект кажущейся незавершенности которого провоцирует воображение на непрерывную цепочку смысловых метаморфоз; введение текста в композиционную структуру произведения – все это лишь избранные приемы визуального канона образной лексики Врубеля, напрямую вводящие его творчество в область концептуальных проблем искусства не только модернизма, но и всего последующего развития интеллектуальной культуры XX–XXI веков.

Нельзя не отметить, что только в этом году удалось расшифровать и опубликовать наиболее полный вариант тезисов Врубеля о соотношении нравственных законов бытия и искусства, процарапанных черенком кисти по красочному слою картины «Гамлет и Офелия» (1884, ГРМ, не окончена) (Ил.9) – первой самостоятельной картине художника, рождённой на пересечении реалистических традиций академической школы с идеализмом.

Ил. 9. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Раковина. Бумага, угольный карандаш, акварель, белила. 18,6 × 32,3. ГТГ, Москва (Инв. Р-3525)

Живший в душе Врубеля мечтательный гений «гамлетизма» (в процессе работы над книгой в ГМИИ им. А.С. Пушкина автором был обнаружен ранее неизвестный эскиз, на котором герой шекспировской трагедии наделен портретными чертами самого художника (Ил.10)) в истории искусства рубежа XIX–XX столетий охарактеризовал себя таким типом художественного умонастроения, при котором воображение с максимальной степенью вдохновения устремлялось к запредельному – творчество стало единственно важным измерением реальности почти во всех ее проявлениях. И в выражении этого идеального символистского концепта Михаил Врубель занимает уникальную, лидирующую позицию. (Ил.11)

Ил.10. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). [Гамлет и Офелия. Эскиз-вариант одноименной картины (1884, ГРМ) (с автопортретом в образе Гамлета). Конец 1883 — начало 1884. Не окончен]. Бумага, акварель. 22,7 × 31. ГМИИ им. А.С. Пушкина, Москва (МЛК ГР 635 оборот). Фрагмент

Ил. 11. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Принцесса Грёза. 1896. Холст, масло. 750 × 1400. ГТГ, Москва (Инв. Ж — 434)

Несмотря на то, что имя художника олицетворяло эпоху модерна уже для его современников – вспомним слова Александра Бенуа об эпохальном симфонизме творчества Врубеля, которые были опубликованы в день похорон художника 3 (16) апреля 1910 года в газете «Речь» (№ 91), – признание этого самооткрытия потребовало большой внутренней борьбы, ведь, как с умной двойственностью смыслов заметил гениальный наследник символизма ирландский писатель Джеймс Джойс: «Они тоже бьются – сердца героев».  В частности, это касается и Бенуа, отношение которого к Врубелю было субъективно переменчивым: суждения художника-критика колебались от отрицания значительности места Врубеля в истории русского искусства в 1902 году до страстного увлечения его «гениальностью» позже и нового отречения от симпатий к нему в мемуарах, начатых в 1934 году.

Прямолинейно сформулированный вопрос – хвалить или ругать Врубеля –стоял остро на протяжении всего пути художника. Даже пройдя небольшой исторический отрезок по следам тех произведений, которые первыми проявляли индивидуальность Врубеля для широкого зрителя, можно обнаружить, как одновременно патетичны и зыбки волны исторического признания. Выдающийся объем критики обрушился и на «Принцессу Грёзу», и на панно «Утро» (1897, ГРМ), и на «Богатыря» (1898 – [начало 1899], ГРМ), и на «Пана» (1899, ГТГ). И все же именно современники заговорили о мировых масштабах творческого гения художника.  Уже в начале ХХ века роль Врубеля в истории искусства сравнивали с мастерами такого основополагающего (монументального) значения (и при этом индивидуального отчуждения от средовой массы), как Андрей Рублев, Дионисий, Джованни Беллини, Рафаэль, Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рембрандт, Тициан, Веласкес, Пуссен, Роден, Сезанн^[1]. (Ил.12) 

Ил.12. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Демон поверженный. 1902. Холст, масло. 139 × 387. ГТГ, Москва (Инв. 1464)

В 1904 году, например, в «Хронике московской жизни» проницательный Сергей Глаголь замечал, что «понимать Врубеля – значит понимать все надвигающееся на искусство время, и потому уяснение художественной личности Врубеля имеет огромное значение для всего искусства» (Правда. 1904. № 2).  Чрезвычайно показательно в этом смысле и суждение другого чуткого к голосу эпохи критика, поэта-символиста Георгия Чулкова. В один из майских дней 1909 года в инстинктивном поиске живописных откровений он направился в московское затишье Лаврушинского переулка (то есть в Третьяковскую галерею), описав свои впечатления следующим образом:

«“Вот оно, – думал я, – российское искусство: оно, конечно, не худо: и Боровиковский, и Левицкий, и Иванов, и первые передвижники, Репин – и вот, наконец, во всем своем ярмарочном великолепии Малявин, но где же, – думал я, – тот художник, который сочетает русское со всемирным?” / И уже был готов ответ: такой художник есть, и, конечно, это Врубель. / Еще ослепленный пожаром малявинских “баб”, я уже искал “Демона” [в то время в Третьяковской галерее был выставлен “Демон поверженный” (1902, ГТГ) – О.Д.)]. / “Демон” Врубеля – разве это не всемирная тема? И разве Врубель, несомненно, русский по духу, не заговорил впервые языком самых могучих рыцарей европейского искусства? / Я почувствовал это ясно и поверил этому до конца, когда стал перед стеной, где три врубелевских полотна – “К ночи” [1900, ГТГ – О.Д.] (Ил.13), “Пан” [1899, ГТГ – О.Д.] (Ил.14) и “Демон”. Мне казалось, что все, что я видел в залах братьев Третьяковых, легко туда вошло и ловко приладилось к стенам галереи. Не то Врубель. Мне представлялось, что галерея дрогнула, когда внесли в ее лоно “Демона”. Картины Врубеля как-то углами своими разламывают московские стены.  <…> Врубель – всемирен. Место Врубелю – в Эрмитаже, в Лувре: никакие соседства его не умалят»^[2].

Ил. 13. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). К ночи. 1900. Холст, масло. 129 × 180. ГТГ, Москва (Инв. 1462)

Сфорцандо вопроса, что Врубелю по плечу, актуально звучит и в наши дни. Именно такой акцент был поставлен в концептуальном пространстве теоретической части выставки художника к 165-летию со дня его рождения в Третьяковской галерее («Михаил Врубель», 3 ноября 2021 – 8 марта 2022, Новая Третьяковка), найдя научное отражение в ряде статей каталога^[3]. Однако 170-летний юбилей Врубеля принес новые выставки и издания.

Ил.14. Врубель Михаил Александрович (1856-1910). Пан. 1899. Холст, масло. 124 × 106,3. ГТГ, Москва (Инв. 1461)

Несмотря на окружающую художника славу одного из лидеров русского искусства эпохи модерна, многие страницы его жизни и творчества оставались неизвестными до публикации в 2026 году упомянутой выше монографии «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного». (Ил.15, 16)

Ил. 15. Книга О.С. Давыдовой «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного» в Белом зале Российской академии художеств. 19 мая 2026 года. Фото: Виктор Берёзкин, пресс-служба РАХ

В книге впервые сделан ряд знаковых уточнений по хронологии событий жизни художника и его близких (матери, сестры, жены – таланливой оперной певицы Н.И. Забелы-Врубель), выявлены новые факты в истории написания и бытования картин и рисунков мастера,  в том числе и  признанных шедевров («Гамлет и Офелия», «Демон (сидящий)», «Демон поверженный», «Шестикрылый серафим», «Жемчужина», графическая серия «Раковины» и другие). Все это стало возможным благодаря многолетней авторской работе с документальным архивом художника и тщательному изучению работ М.А. Врубеля в закрытых фондах государственных музеев и частных собраниях.

Ил. 16. Суперобложка книги О.С. Давыдовой «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного» (М.: Издательство «Александровский сад», 2026). Давыдова О.С. Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного. Иллюстрированная монография / О.С. Давыдова. – Москва: Издательство «Александровский сад», 2026. 476 с., 515 ил., 137 фото. ISBN 978-5-6055730-0-5

В книге была осуществлена попытка соединить в одно уникальное целое результаты фундаментальной научно-исследовательской работы с индивидуальным концептуальным развитием искусствоведческой мысли и ее высокохудожественным воплощением.

Издание отличается исключительными содержательными и эстетическими качествами, которые в год празднования 170-летия со Дня рождения гениального русского художника призваны увенчать память о нем достойным его дара символическим приношением.  Монография выходит под грифом Российской академии художеств.

50 книг из основного тиража в 3000 экземпляров выполнены в коллекционном формате сверхточной по цветопередаче цифровой печати в переплетах из шелка и муара (совместная работа автора с издателем библиофильской книги М.М. Столяровым). Данный эксперимент в контексте издания фундаментальной искусствоведческой монографии является одним из первых.

Долго накапливаемый опыт работы с произведениями художника позволил сформировать не встречавшуюся до сих пор визуальную концепцию книги, в которой в прямом взаимодействии с текстом опубликовано беспрецедентно большое количество иллюстраций. 652 изображения включают репродукции произведений художника (многие из которых ранее были неизвестны и не публиковались), документы и фотографии – среди них снимки членов семьи М.А. Врубеля (некоторые с первичной атрибуцией автора), пейзажных мотивов и произведений искусства из личного собрания мастера.

Не менее исключительной особенностью книги стала её стилистика, выраженная как в тексте, так и во внешнем облике издания. Взаимодействие двух начал – содержательного и эстетически-декоративного – призвано ввести читателя в образный мир художника ненавязчиво и полноценно, поэтически раскрывая феноменальную природу его романтического мышления. На страницах книги масштабная личность М.А. Врубеля предстает сквозь призму непрерывного рыцарственного служения искусству, что неотторжимо связывает его с духовной реальностью наших дней.

Таким образом, книга «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного», как и эта небольшая статья, в этот юбилейный год художника призвана способствовать научному ренессансу гения М.А. Врубеля за счет углубления и обогащения восприятия его творчества новыми психологическими гранями, биографическими сведениями и духовными смыслами.

Библиографическое описание:

Давыдова О.С. Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного. Иллюстрированная монография / О.С. Давыдова. – Москва: Издательство «Александровский сад», 2026. 476 с., 515 ил., 137 фото. ISBN 978-5-6055730-0-5

Рецензенты:

Михаил Фёдорович Киселёв, доктор искусствоведения, профессор, академик Российской академии художеств, заслуженный деятель искусств РФ.

Андрей Андреевич Золотов, кандидат искусствоведения, профессор, вице-президент Российской академии художеств, академик РАХ, заслуженный деятель искусств РСФСР.

 Ольга Сергеевна Давыдова,
кандидат искусствоведения,
член-корреспондент НИИ РАХ,
ведущий н.с. НИИ РАХ

Давыдова Ольга Сергеевна (Москва), кандидат искусствоведения, член-корреспондент Российской академии художеств (РАХ), ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института теории и истории изобразительных искусств РАХ, член ICOM и Ассоциации искусствоведов России (АИС).

Специализируется в области изучения изобразительного искусства второй половины XIX — начала XX века. Автор восьми индивидуальных и четырех коллективных монографий, альбомов и разных по проблематике научных статей (более 150) о творчестве художников эпохи модерна и современном искусстве в научных и научно-популярных российских и зарубежных изданиях. Искусствоведом записаны аудиокниги и созданы циклы уникальных авторских видеопрограмм о Михаиле Врубеле, Викторе Борисове-Мусатове, Илье и Юрии Репиных, Николае Рерихе, художниках «Мира искусства» и «Голубой розы».

Куратор Всероссийских и Международных конференций и нескольких выставочных проектов.

Более подробная информация о монографии размещена на сайте издательства «Александровский сад».

[1] Подобные ориентиры в понимании характерных динамичных особенностей дара М.А. Врубеля приведены на основе размышлений целого ряда аналитиков, писавших о художнике, начиная с его современников – А.П. Иванова, С.П. Яремича, А.Н. Бенуа, П.П. Муратова, И.В. Евдокимова, В.К. Станюковича, А.А. Блока и др.

[1] Чулков Г. Москва и Демон // Золотое руно. 1909. № 6. С. 72.

[1] Михаил Врубель / Государственная Третьяковская галерея; отв. ред. А.В. Ипполитов; авт. ст.: И.А. Вакар, О.С. Давыдова, А.В. Ипполитов, И.В. Шуманова. М., 2021. 543 с., ил.

Презентация книги О.С. Давыдовой «Михаил Врубель: Жизнь в XXI веке. Неизвестное на фоне известного» состоится 9 ноября 2026 года в 15.00 в Белом зале Российской академии художеств по адресу: Москва, ул. Пречистенка, 21.

Врубель. Рождение нового искусства

Выставка «Михаил Врубель. Метаморфозы» в Омске

Врубель. К 165-летию со дня рождения

Работы Врубеля впервые за десятилетие на арт-рынке

__________________

Обсуждение статьи >>>